Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Следующая страница: Ctrl+→  |  Предыдущая страница: Ctrl+←
Показать все книги автора/авторов: Улин Виктор
 

«Хрустальная сосна», Виктор Улин

*Аннотация:*

Рассказ о жизни человека, чью судьбу сломала личная катастрофа, пришедшая на пору перестройки общества

Моему поколению, разбитому на миллион осколков

*_Часть первая_*

1

…Когда в пустых лесах, негромко и случайно, из дальнего окна доносится рояль…

Я поймал себя на том, что бездумно гоняю свежеотточенный карандаш по листу с почти готовыми записями. Рояль в пустых лесах… Помимо воли, моя мысль унеслась куда-то далеко. Я никогда не видел и не слышал ничего подобного, но представил себе какой-то дачный поселок с подступившим к окраине лесом. Старую, даже старинную дачу где-нибудь в уютном Подмосковье, с мелко застекленной пыльной верандой, с рассохшимися балясинами балконных перил над кривоватым крыльцом. И звуки рояля, всплывающие из распахнутого окна, летящие по лесу, отражающиеся от деревьев, смешивающиеся с негромким щебетом птиц… Когда была написана песня - в семидесятые годы, или даже в конце шестидесятых? Сегодня на дворе стоял восемьдесят четвертый. Тому устоявшемуся, сонному и романтическому существованию уже два года как настал конец. И медленно приближался из будущего неясный призрак перемен. Однако прежняя жизнь продолжала катиться по инерции, и практически ничего не изменилось внешне с тех пор, когда Юрий Иосифович Визбор сложил те удачные слова. И пусть в песне говорится о весне, а сейчас разгар лета и лес уже давно не пуст, мысли мои были уже далеко отсюда. В завтрашнем дне, который подарит почти то же самое… Мне так захотелось скорее туда, что уже не осталось сил больше сидеть за своим столом и делать вид, будто работаю…

- Илья Петрович!…

Я вздрогнул от звука собственного голоса: так хрипло и неуверенно прозвучал он среди шелеста бумаг. Прокашлявшись, я высунулся из-за своего кульмана и позвал еще раз:

- Илья Петрович!

Начальник, стучавший клавишами микрокалькулятора, поднял голову. Я напряженно ждал его реакции. Если он ответит "слушаю вас" - значит, находится в хорошем настроении, и мне можно продолжать дальше. А если просто спросит - "что такое?" - то лучше промолчать…

- Да-да, слушаю вас, - начальник посмотрел на меня, поправляя тщательно повязанный галстук. - Слушаю вас, Евгений Александрович! У него была такая манера: звать всех по имени-отчеству. Даже меня, хотя я в свои двадцать четыре года запросто мог быть его сыном. С одной стороны, это иногда льстило. Но чаще настораживало, поскольку от начальника вообще редко приходилось ожидать чего-то хорошего.

- Илья Петрович…- я кашлянул еще раз, потом выпалил одним духом: - Илья Петрович, можно я сегодня уйду пораньше, потому что мне завтра ехать в колхоз, и надо еще купить кое-что, вещи собрать и рюкзак сложить?

- После обеда? - зачем-то переспросил начальник, пристально глядя на меня.

- Да-да, после обеда, - я почувствовал, что вот-вот покраснею.

Словно был в чем-то виноват, и отпрашивался не для сборов в колхоз, а на встречу с приятелем в кафе.

- В колхоз, говорите?

- В колхоз. Завтра. Согласно приказу, с первого июля…

- В колхоз? - над своим кульманом показался долговязый Мироненко, старший инженер, спортсмен-разрядник, заядлый вело- и просто так турист, штангист, альпинист, и прочая. - В колхоз это хорошо. Мускулы во какие накачаешь!

- Да… Я бы в колхоз - с удовольствием… - из неприступного угла, образованного развернутым шкафом, мечтательно протянула сорокалетняя красавица Виолетта Алексеевна, инженер-филолог, работающая переводчиком на весь институт, но числящаяся в нашей группе. - Там такой воздух, солнце, река… Молоком можно умываться.

- Зачем… умываться? - не понял простодушный Мироненко.

- Что вы, Юрий Степанович, как это зачем? В косметических целях.

Кожа после него становится мягкая и эластичная… Виолетта любила делиться своими знаниям - и на подобную тему, и всякими другими - и сейчас с удовольствием завела бы беседу минут на двадцать. Тем более, что Мироненко, умный в общем-то мужик, всегда слушал ее, разинув рот от неожиданности. Но начальник прервал ее:

- А почему едете именно вы, Евгений Александрович? Вы ведь в нашей группе не самый молодой.

- От нас еще Лавров едет. Прямо из отпуска, не заходя на службу.

- А Виктор Николаевич почему не едет?

Молчавший до сего времени Витек Рогожников высунулся из-за кульмана:

- С двумя малолетними детьми, Илья Петрович, сейчас даже в армию не посылают. Не то что в колхоз!

Что верно, то верно - весной у Витьки родился второй сын. Хотя он был моложе меня. Впрочем, дурное дело не хитрое, как любил приговаривать мой сосед дядя Костя.

- А, понятно…- кивнул начальник. - Понятно.

- А вообще-то, - продолжал Рогожников, откинув со лба черные волосы, что всегда у него выходило как-то вызывающе, напоминая революционера или анархиста из старого фильма. - Я бы не против съездить был. Денег поднакопить никогда не вредно.

- Каких денег? - не поняла Виолетта. - Разве там много платят за работу? Раньше, как мне кажется. там вообще ничего не платили.

- Так и сейчас не платят, - пожал плечами он. - Но там кормят бесплатно и магазинов нет. А здесь тем временем зарплата бежит. Вот и получается экономия за целый месяц.

- Опять вы о деньгах, да о деньгах, Виктор Николаевич, - поморщился начальник. - Вам что - есть нечего?

Сытый голодного никогда не поймет, - подумал я, но вслух ничего не сказал.

Рогожников тоже не ответил, лишь потупился и спрятался за кульман.

- Так что, Илья Петрович - вы меня отпустите? - напомнил я о себе.

- Отпустить?… Отпустить, конечно, можно… Только зачем вам так рано? Вас что, жена в дорогу собрать не может?

- Жены у него нет! - быстро ответила из-за шкафа Виолетта.

- То есть как нет? - смутился начальник. - Евгений Александрович…


Еще несколько книг в жанре «Прочая документальная литература»

Дерзкие побеги, Дарья Нестерова и др. Читать →

Рухнама, Сапармурат Ниязов Читать →