Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Следующая страница: Ctrl+→  |  Предыдущая страница: Ctrl+←
Показать все книги автора/авторов: Моэм Сомерсет
 

«Второе июля четвёртого года», Сомерсет Моэм

Сомерсет Моэм

ВТОРОЕ ИЮЛЯ ЧЕТВЕРТОГО ГОДА

(Новейшие материалы к биографии Чехова)

К 50-летию со дня смерти

Антона Павловича Чехова

Пособие для англичан, изучающих русский язык,

и для русских, не изучавших русскую литературу.

1

Первая подробная и хорошо документированная биография Чехова на английском языке написана Дэвидом Магаршаком и широко известна в Англии. Она была оригинально переработана прекрасным английским писателем Уильямом С.Моэмом, которого в России почему-то называют Сомерсетом Моэмом (Сомерсетом звали его отца) для своего литературного эссе "Искусство рассказа" и впервые издается в изложении на русском языке с необходимыми дополнениями в свете ранее не известных и абсолютно неожиданных документов. Цитаты из книги Моэма в дальнейшем не оговариваются.

Эта биография является хроникой блистательных чеховских побед вопреки бедности, обременительным обязанностям, мрачной среде и слабому здоровью. Из этой интересной книги читатель должен знать следующие факты. Антон Павлович Чехов родился 16 января 1860 года. Его дед Егор Михайлович был крепостным, он скопил денег и выкупил себя и троих сыновей. Один из них, Павел Егорович, со временем открыл бакалейную лавку в городе Таганроге на берегу Азовского моря, женился на Евгении Яковлевне Морозовой и произвел на свет пятерых сыновей и одну дочь.

Антон был его третьим сыном. Павел Егорович, человек необразованный и глупый, был эгоистичен, тщеславен, жесток и глубоко религиозен. [Необъективная, поверхностная оценка Моэма, другие биографы Чехова не столь категоричны]. Много лет спустя Чехов вспоминал, что в пятилетнем возрасте отец приступил к его обучению - каждый день бил, сек, драл за уши, награждал подзатыльниками. Ребенок просыпался по утрам с мыслью: будут ли его и сегодня бить? Игры и забавы запрещались. Полагалось ходить в церковь два раза в день на заутреню и вечерню, целовать руки монахам, дома читать псалмы. С восьми лет Антон должен был служить в отцовской лавке с вывеской:

"ЧАЙ, САХАРЪ, КОФЕ, МЫЛО, КОЛБАСА

И ДРУГИЕ КОЛОНИАЛЬНЫЕ ТОВАРЫ"

Под этим полуграмотным названием лавка и вошла в русскую литературу в одном из рассказов Чехова. Она открывалась в пять утра, даже зимой. Антон работал мальчиком на побегушках в холодной лавке, здоровье его страдало. А позже, когда он поступил в гимназию, заниматься приходилось только до обеда, а потом до позднего вечера он был обязан сидеть в лавке. Неудивительно, что в младших классах Антон учился плохо и дважды оставался на второй год. Своим одноклассникам он не очень запомнился. Так о нем и писали: никакими особенными добродетелями или способностями не отличался. По-русски это называется "ни то, ни се".

Когда Антону исполнилось шестнадцать лет, его неудачливый отец обанкротился и, опасаясь ареста и долговой тюрьмы, бежал от кредиторов в Москву, где два его старших сына, Александр и Николай, уже учились в университете. Антона оставили одного на три года в Таганроге - кончать гимназию. Он вздохнул свободно и "вдруг" обнаружил такое прилежание по всем предметам, что стал получать пятерки по бесконечно ненавистному ему греческому языку и даже давать уроки отстающим ученикам, чтобы содержать себя.

А.П.Чехов: "Разница между временем, когда меня драли, и временем, когда перестали драть, была страшная".

Через три года, получив аттестат зрелости и ежемесячную стипендию в двадцать пять рублей, Антон перебирается к родителям в Москву. Решив стать врачом, поступает на медицинский факультет. В это время Чехов - долговязый юноша чуть ли не двух метров ростом, у него круглое лицо, светло-каштановые волосы, карие глаза и полные, твердо очерченные губы. Неприятным сюрпризом для Антона явилось то, что он, оказывается, говорил на "суржике" [южнорусский диалект с сильным влиянием мягкого украинского языка]: "стуло", "ложить", "пхнуть", "Таханрох"; а в прошении о зачислении в университет слово "медицинский" написал через "ы" - "медицЫнский". [Англичанам сразу следует запомнить, что слова "ложить" в русском языке не существует. Только "класть".]

Семья Чеховых жила в полуподвальном помещении в трущобном квартале, где располагались московские публичные дома [что-то вроде нашего лондонского Ист-Энда прошлого века]. Отец нигде не работал - хотел, но не мог устроиться, старшие братья учились, перебивались случайными заработками и любили "покутить" в дешевых московских кабаках. Антону пришлось взвалить на себя обязанности главы семьи. Он привел двух знакомых студентов - они должны были жить и кормиться у его родителей. Студенты давали семье 40 рублей в месяц, еще двадцать платил третий жилец. Весь доход семьи вместе с таганрожской стипендией Антона составлял восемьдесят пять рублей и уходил на прокорм девяти человек и на квартирную плату. Вскоре переехали на другую квартиру, попросторней, но на той же грязной улице. Студенты обитали в одной комнате, жильцу выделили отдельную комнатку поменьше. Третью комнату занимал Антон с младшими братьями Иваном и Михаилом, четвертую - мать с сестрой Марией, а пятая служила столовой, гостиной, а также спальней братьям Александру и Николаю. Павел Егорович наконец-то устроился работать приказчиком на продуктовом складе [в амбаре] за тридцать рублей в месяц, обязан был там ночевать и приходил домой только по воскресеньям и праздникам, так что на какое-то время семья избавилась от этого деспотичного и неумного человека, с которым так трудно было жить.

Антон любил и умел рассказывать смешные истории. Слушатели всегда покатывались со смеху. Он решает попробовать писать небольшие юмористические рассказы, чтобы облегчить тяжелое положение семьи - он слышал, что журналы неплохо платят. Написал свой первый рассказ ["Письмо к ученому соседу"] и отослал в петербургский журнал "Стрекоза". Однажды вечером, возвращаясь из университета, купил очередной номер и увидел, что рассказ напечатали. Гонорар за него причитался в пять копеек за строчку. Строчек было 150, и гонорар составил 7 рублей 45 копеек. Первый успех обнадежил. Чехов стал слать в "Стрекозу" по рассказу ли чуть не каждую неделю, некоторые принимались, но другие возвращались с оскорбительными комментариями, например: "Не начав писать, уже исписались". Литературные нравы в те времена были не лучше современных. Чехов не очень-то обижался, а отвергнутые рассказы пристраивал в московские газеты, хотя там платили еще меньше, кассы редакций пустовали, и авторы должны были дожидаться в коридоре, пока мальчишки-газетчики принесут с улицы копеечную выручку.

Первым, кто хоть как-то помог Чехову войти в литературу, был петербургский издатель с легкомысленной фамилией Лейкин. Николай Лейкин и сам писал юморески, за свою долгую жизнь написал их тысячи, ни одна не осталась в литературе. Через много лет в конце жизни Лейкин, накачиваясь водкой в литературных салонах, бил себя кулаком в грудь и гордо кричал:

- Это Я сделал Чехова!

Над ним посмеивались, но понимали, что в чем-то старик прав. Ранние рассказы Чехова мало чем отличались от юморесок его литературных собратьев, но в них чувствовался "свежак", как говорил Лейкин. Он подрядил Чехова поставлять в свой журнал "Осколки" еженедельно по рассказу в сто строк, положив ему солидный гонорар по восьми копеек за строчку, и строго следил, чтобы не было ни одной лишней строки. Получилась жесткая, но полезная школа для молодого писателя, потому что волей-неволей приходилось вкладывать необходимое содержание в небольшой объем, т.е., писать кратко.

- Краткость - сестра таланта, - правильно говорил Лейкин молодому автору, хотя эта фраза по традиции приписывается Чехову.

"Осколки" были юмористическим журналом; когда Чехов присылал что-то мало-мальски серьезное, Лейкин сетовал, что автор не оправдывает ожидания публики, но все-таки публиковал их. На чеховские рассказы обратили внимание, он уже приобрел некоторую известность, однако навязанные рамки размеров и жанра начали его тяготить, и тогда Лейкин, человек, по-видимому, добрый и разумный, устроил Чехову договор с "Петербургской газетой" - туда он должен был каждую неделю писать рассказы более длинные и серьезные за те же восемь копеек строка. С 1880 по 1885 год Чехов написал триста рассказов!


Еще несколько книг в жанре «Классическая проза»

Вольпоне, Бен Джонсон Читать →

Дэзи Миллер, Генри Джеймс Читать →

Сестры, Джеймс Джойс Читать →