«ВАС ЗОВУТ "ЧЕТВЕРТЬ ТРЕТЬЕГО"? (Сборник НФ)», Михаил Грешнов и др.

 

М.Грешнов

Маша

 

— Борис! Да проснись ты, слышишь!

Спальный мешок заерзал, растянулся, как гигантский кокон.

— Ни одной собаки, Борис! Исчезли…

Кокон опять зашевелился, показалась голова, открылись глаза — мороз двадцатиградусный, — прищурились:

— А мне снилось…. море — такое синее. До сих пор в глазах…

— Ты пойми — ни одной!.. — волновался Василий. — Как ветром унесло!

— Куда?

— Знал бы — не спрашивал…

Борис сел, извлек откуда-то шапку, нахлобучил на голову.

— Так и сбежали?.. А море — ух, синее!..

Василий выругался с досады:

— Да придешь ты в себя?..

Утро разгоралось в туманах. Розовый свет ложился на гладь заснеженной реки, трогал дальние вершины и терялся над горизонтом, в пучине уходящей ночи. Все было чистым, белым; странно чернели на белизне двое нарт, круг остывшего костра и — ни звука.

Это подействовало на Бориса больше, чем толчки и слова Василия. Вскочив на ноги, он закричал: — Рустан, Рустан! Салка!

Крик пронесся над рекой, слабо отдался от обрывов берега.

— Куда же они девались?..

Отпечатки лап, покружив у костра, устремлялись по берегу к излучине реки. Геологи бросились по следу.

Это была неплохая разминка, вроде зарядки, да и мороз подхлестывал подходяще… Но главное — почему и как далеко ушли собаки?

Запыхавшись, обогнули мыс, круто вдавшийся в реку, и остановились. Стая была здесь.

Накануне вечером Борис и Василий взорвали тут сползший откос, хотели остаться на ночь, чтобы с утра приступить к пробам, но глыба нависла так угрожающе, что друзья сочли за благо удалиться и найти для ночлега более удобное место. И сделали правильно: глыба отвалилась и на высоте четырех-пяти метров открыла узкую щель, черневшую на белом известняке. Собаки ныряли в щель и появлялись с какой-то добычей, здесь же, между камней, пожирали куски…

— Рустан! Салка! — закричал Борис. — Ко мне!

Вожаки отделились, пошли; за ними потянулись другие, облизывая окровавленные пасти.

— Что вы нашли? Какую мерзость?.. — с отвращением спрашивал Борис.

Сытые звери повизгивали, чувствуя, что в голосе нет угрозы, и делали попытки потереться мордами об унты Бориса и Василия.

Те невольно отступили: собачьи пасти были в крови до самых глаз, облеплены бурой шерстью; кругом валялись куски мяса, покрытого мохнатой кожей.

Преодолевая брезгливость, Василий нагнулся над изгрызенным куском:

— Борис!..

Тот сам рассматривал клок кожи и, когда поднял глаза, в них было удивление и недоуменный вопрос:

— Не пойму… Не встречал подобного.

— Это непостижимо, Борис. Трудно поверить…

Пока Борис отгонял собак, Василий уже карабкался по камням к отверстию. Товарищ нагнал его у самой дыры, и то, что предстало взорам, потрясло обоих до оторопи.

В черной пустоте вырисовывался бок громадного животного.

Бурая шерсть висела клочьями, как омертвевшая кедровая хвоя. Часть кожи и мяса была содрана, виднелось обглоданное ребро… В глубине угадывались очертания еще большего зверя.

Но внимание друзей было приковано к рваной глубокой ране: из нее — невероятно! — крупными, как горошины, каплями сочилась густая кровь!

— Ехать немедленно! — говорил Борис, отряхивая снег.

Перед глазами — полутьма пещеры, и в ней, как гора, зверь, привалившийся боком к скале, с опущенным хоботом и закрытыми глазами. Казалось, животное дремлет и вот сейчас свернет хобот, шагнет могучими ногами. Туша его не тронута. Это первому не повезло: мясо и шкура на левом боку изодраны собаками. Этот же исполин стоял, как живой, — подойти к нему было жутко…

Мертвый? Замороженный?.. Под пальцами ощущалась грубость и в то же время эластичность кожи, холодной, как лед, но не мерзлой, подавалась под пальцем. В пещере гораздо теплее, чем снаружи: воздух, проникая сквозь отверстие, оседал на полу легким прозрачным снежком…

Первым побуждением было — закрыть дыру.

Животное сохранилось в постоянной температуре… Отверстие закрыли парусом, завалили снегом.

— Случай необычайный, надо ехать немедля!

— До Средне-Колымска пять дней пути. Взять обе упряжки — четыре. Езжай, Василий, поднимай всех!

Завтрак друзья завершают молча, каждый обдумывает свое.

Так же молча запрягают в нарты упряжки — одну за другой.

Ничего лишнего: продукты, корм на шесть дней, ружье, и через минуту вдали — лишь черная точка в вихревом снежном облаке.

Борис садится у костра. Находка, действительно, необычна.

Встречались кости, бивни, останки с шерстью и кожей… Но такой удачи не знал никто.

Если б не собаки — два целых, так и хочется сказать — живых мамонта! Это странное ощущение, что они живые, овладело Борисом с первого взгляда, когда увидел капли черной крови: живые, только в спячке, в анабиозе!


Еще несколько книг в жанре «Научная Фантастика»

Прощай, Вячеслав Морочко Читать →