Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Следующая страница: Ctrl+→  |  Предыдущая страница: Ctrl+←
Показать все книги автора/авторов: класс Журнал Политический
 

«Политический класс 39 (03-2008)», Журнал класс

Анатомия союзного строительства 12 лет квазиинтеграции и размежевания России и Белоруссии

 

В мировом сообществе Белоруссия для России остается единственным доверенным партнером и самым надежным союзником. В новейшей истории, когда перестал существовать Советский Союз, именно объективные факторы целесообразности единения двух родственных народов стали ключевыми предпосылками устремленности обеих стран навстречу друг другу. Этот процесс начался двенадцать лет назад - 2 апреля 1996 года - сначала в Сообществе, затем - со 2 апреля 1997 года - в Союзе Белоруссии и России,

а с 8 декабря 1999 года - в рамках создания Союзного государства.Если кратко охарактеризовать достижения союзного строительства, то указанный период по большому счету следует считать временем квазиинтеграции и размежевания союзных стран.За весь период существования российско-белорусского Союза выработалась традиция, а точнее сказать - политическая мода: муссировать «в верхах» обеих стран ту или иную неосуществимую идею, воплощение которой якобы состоится не сегодня завтра, а с ее реализацией две союзные страны наконец-то радикальным образом продвинутся к реальному объединению. Например, до недавнего времени в повестке дня заседаний официальных лиц в Москве и Минске такой идеей-фантомом обычно выступал Конституционный акт - как нам говорили, прообраз Конституции Союзного государства. Правда, в последние годы о нем не упоминало ни одно должностное лицо ни в одной из столиц стран, декларирующих желание вот уже девятый год жить в Союзном государстве.По всей вероятности, скоро на смену этой идее-фантому вновь придет головокружительная мысль о создании валютного союза. Как известно, Москва как более сильный в экономическом плане партнер в течение последних лет убеждает Белоруссию перейти на российский рубль, причем исключительно на московских условиях и по сценарию, разработанному российскими Минфином и Центробанком.Конечно, нынешнее состояние российско-белорусской интеграции не может удовлетворить ни российскую, ни белорусскую стороны. Отказ Минска уступить давлению Москвы и согласиться на немедленное принятие Конституционного акта и введение российского рубля в качестве единого платежного средства и общей валюты обеих стран свидетельствует о несовместимости взглядов правящих кругов России и Белоруссии на сценарии развития интеграции. Белорусское руководство при этом серьезно озабочено и опасается проявления негативных социально-экономических и политических последствий, которые могут последовать в случае интеграции на российских условиях. Ведь в конечном итоге велика вероятность того, что нашего интеграционного партнера ожидают приватизация по-чубайсовски, шоковая терапия и рыночные реформы по-гайдаровски, неконтролируемый наплыв иностранных мигрантов, которые ущемляют права и занимают рабочие места титульной нации, а также катастрофические последствия пагубного социально-экономического курса, реализуемого в России.При наличии серьезных различий в социально-политических и хозяйственных системах России и Белоруссии, а также в избранных ими экономических моделях национального развития вряд ли сегодня возможно достичь баланса интересов наших народов в случае их ускоренного объединения. Только в процессе длительной интеграции двух экономик на основе рыночных принципов эти различия могут быть нивелированы и унифицированы, чтобы в итоге безболезненно объединить страны в задуманное Союзное государство.Сегодня, на мой взгляд, для Москвы и Минска более актуален запуск механизма реальной интеграции в экономической сфере. Мы пока находимся в начале этого сложного пути. В настоящее время можно говорить о существовании военно-политического союза двух стран и небольших подвижках на пути к формированию экономического союза.Изменения, связанные с началом формирования объединенного государства, объективно требуют от двух союзных стран разработки идей и осуществления действий по защите национальных интересов как в союзном экономическом пространстве, так и в глобальном масштабе. На практике, однако, мы этого не наблюдаем.Влияние российских групп интересов на союз России и БелоруссииПосле развала СССР интересы Москвы в отношении независимой Белоруссии сильно эволюционировали. На начальном этапе (с декабря 1991 года до прихода к власти в 1994 году Александра Лукашенко) Кремль был поглощен внутренними проблемами. Для радикальных реформаторов, задававших тогда тон в России, Белоруссия особого интереса не представляла. Вопреки официальным заявлениям об укреплении дружбы с белорусским народом на деле они стремились дистанцироваться от Минска, отдавая предпочтение выстраиванию отношений с Западом.В 1994-1999 годах (до отставки Бориса Ельцина) интерес России к сотрудничеству с Белоруссией заметно вырос. Александр Лукашенко стал главой государства под лозунгом единения с Россией и развернул свою страну на восток. Эта радикальная переориентация внешней политики объяснялась среди прочего резким ухудшением состояния белорусской экономики, сильно пострадавшей от разрыва кооперационных связей с Россией. Референдум 14 мая 1995 года зафиксировал волю белорусского народа к всестороннему сближению с Российской Федерацией. В ответ усилились интеграционные настроения и в России. Начавшееся сближение было закреплено рядом договоров: о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве, о создании Сообщества двух государств, о Союзе Белоруссии и России и, наконец, о создании Союзного государства.Но одновременно возникли значительные трудности. Радикальные реформаторы, возражавшие против создания Союзного государства, обладали сильными позициями в исполнительной власти, в то время как левые и левоцентристские силы, поддержавшие российско-белорусскую интеграцию, пытались оказывать давление на Ельцина и его администрацию через парламентское большинство. Ельцин все время лавировал и сдерживал радикальные инициативы Лукашенко.Ретроспективный анализ российско-белорусских отношений за прошедшие двенадцать лет позволяет констатировать, что интеграционное взаимодействие России и Белоруссии проходило на фоне нелегкого процесса согласования интересов двух стран. Причем поведение белорусской стороны и воззрения Минска на модель интеграции с Россией после ухода с политической сцены Ельцина и прихода ему на смену Владимира Путина кардинально изменились. Если во времена правления Бориса Николаевича интеграционную идею все время, порой по-славянски нахраписто, инициировал Александр Григорьевич, то с приходом к власти прагматичного Владимира Владимировича владение мячом интеграционного процесса перешло к Кремлю. Это стало ясно после того, как Москва предложила Минску три известных сценария межгосударственного объединения на основе принципа «отделения мух от котлет» и получила в свой адрес адекватный «любезный» ответ. После этого интеграционное взаимодействие фактически зашло в тупик и до сих пор остается в кризисе. «Процесс строительства Союзного государства на сегодняшний день застопорился» - именно такой диагноз поставил белорусский президент 12 октября 2007 года в Минске на встрече с российскими журналистами.Россия поставила Белоруссию перед альтернативой: либо полное объединение, либо ничего. Путин фактически предложил Минску закончить играть в псевдосоюз и объединиться в единое государство - то есть Белоруссия должна влиться в состав России. Лукашенко же настаивает на равных правах для своей страны в рамках Союзного государства. Этот вариант, в свою очередь, не устраивает Кремль из опасения превратиться из федерации в конфедерацию с непредсказуемыми политическими последствиями для судьбы России.Иными словами, Россия приняла окончательное решение в отношении Белоруссии: либо объединение в одно государство, либо новые отношения с Белоруссией - не как с союзником, а как с любым другим иностранным государством, без особых поблажек и преференций. Были отменены «специальные условия» в торговле с Минском, в отношении которого Москва заняла сугубо прагматичную рыночную позицию: «Утром деньги - вечером стулья». Хотя в принципе Россия не очень-то и нуждается в тех дополнительных рублях, которые платят белорусы за поставку российских энергоносителей по новым ценам.Судя по всему, белорусское руководство не рассчитывало на такой стремительный пересмотр отношений. И Лукашенко, в частности, заметил, что «текущие проблемы в белорусско-российских взаимоотношениях - это не более чем неприятный эпизод в великой истории двух братских народов». Конечно, хотелось бы согласиться с подобным заявлением белорусского лидера. Однако обстоятельства, когда на карту поставлена судьба российско-белорусского союза, заставляют нас анализировать данную проблему далеко не столь оптимистичным образом и сделать другой вывод.Следует признать, что интеграционное взаимодействие России и Белоруссии определяется двумя главными действующими политиками - нашими президентами. Если до прошлогодней выборной кампании в Государственную Думу Путин был президентом всех россиян - надпартийным лидером страны, то в ходе нее он стал фактически лидером политической партии власти - «Единой России». Следовательно, его деятельность на посту президента Российской Федерации, в том числе в отношении Белоруссии, следует анализировать сквозь призму данного обстоятельства.Являясь представителем интересов российского капитала, Путин на протяжении всех восьми лет своего правления стремился проводить либерально-монетаристскую политику. Разделяя западноевропейские ценности, российский президент пользовался сначала немалой политической поддержкой со стороны руководителей стран Запада, рассчитывавших на закрепление России в качестве сырьевого и топливно-энергетического придатка Евросоюза и финансового стабилизатора экономики США за счет складирования за океаном Стабилизационного фонда и валютных резервов нашей страны.Однако со временем многие стали убеждаться в том, что российская социально-экономическая система не способна использовать колоссальные природные богатства на благо большинства народа и в интересах укрепления системы национальной безопасности. Напротив, белорусская экономическая модель убедительно продемонстрировала свои неоспоримые преимущества перед российской либерально-монетаристской рыночной системой. В результате для многих идеологов российского капитализма Белоруссия стала бельмом на глазу.Данное обстоятельство, по-видимому, и подтолкнуло часть российских правящих кругов в жесткой форме продемонстрировать свое стремление удушить Белоруссию, угодив заодно своим западным партнерам. Такая политика недальновидна, так как направлена против национально-государственных интересов России. Подрывая союз с Белоруссией, она способствует разрушению постсоветского пространства и ослабляет нашу восточнославянскую цивилизацию. Следует согласиться с мнением Александра Рара, который считает, что невосприятие белорусского лидера Кремлем объясняется тем, что «у Лукашенко очень глубокие корни в славянской психологии, которую он хорошо понимает». Причем понимает «даже лучше, чем лидеры соседних славянских государств - России и Украины».Таким образом, если принять во внимание подрывной курс правящих кругов Украины по отношению к духовным славянским ценностям и пренебрежение этими ценностями со стороны правящей российской «элиты», то выходит, что главным знаменосцем славянской цивилизации сейчас стала маленькая Белоруссия, а ее истинным защитником - Александр Лукашенко. При таком политическом раскладе, по-видимому, можно ставить крест на создании Союзного государства, пока в Белоруссии у власти находится неугодный Кремлю лидер, а в России у руля стоит «Единая Россия».Поясню свою мысль. Казалось бы, в нынешних условиях Белоруссия для России остается единственным доверенным партнером и самым надежным союзником. Так считает почти половина россиян, согласно результатам опроса, проведенного ВЦИОМом в апреле 2006 года, по горячим следам победы Александра Лукашенко на президентских выборах в третий раз. И политическое руководство России вынуждено принимать во внимание нескрываемые симпатии многих россиян к белорусскому президенту за его крепость духа и политическую волю в отстаивании национально-государственных интересов своей маленькой республики в противостоянии Западу и защите славянства.Особо подчеркнем, что, по нашим наблюдениям, искреннюю поддержку сегодняшней Белоруссии оказывают главным образом те россияне и те политические силы, которые не разделяют точку зрения Кремля и «Единой России» на нашего союзника в Минске. Это особенно ярко проявилось, когда наши депутаты в ПАСЕ (главным образом единороссы во главе с председателем думского Комитета по международным делам Константином Косачевым) во время заседания 13 апреля 2006 года самоустранились от обсуждения антибелорусской резолюции по результатам президентских выборов и воздержались от голосования. Хотя должны были, учитывая мнение большинства россиян и позицию президента Путина, поддержавшего в своей телеграмме на имя Лукашенко результаты выборов в Белоруссии, проголосовать против данной резолюции, осуждавшей «жульнические выборы» в стране-союзнице. Выходит, наши депутаты фактически осудили официальный Минск. Кроме того, своим «воздержанием» они дезавуировали решение тех российских депутатов (в том числе и от «Единой России»), которые были международными наблюдателями на выборах президента Белоруссии и признали их результаты легитимными.Действия российского руководства и ответные демарши официального Минска, которые мы наблюдаем на протяжении последних 12 лет, объясняются отсутствием элементарного взаимного доверия. На это, в частности, откровенно сетует Лукашенко, заявляя, что «руководство России просто не готово к нормальным, равноправным союзническим отношениям». Между тем если мы не хотим дальнейшего осложнения жизни России в современном глобализирующемся мире, то союзнические доверительные отношения должны быть выстроены между нашими странами в кратчайшие сроки.Следует указать и на противоречия между российским крупным бизнесом и руководством Белоруссии по поводу ведения предпринимательской деятельности на территории республики. Белорусская экономическая модель никак не стыкуется, например, с предложениями российских олигархов по приватизации крупной госсобственности по чубайсовскому варианту, то есть за бесценок. Так, за приватизацию Минского автомобильного завода автохолдинг, принадлежащий «Базовому элементу», предложил всего 50 миллионов долларов. Если учесть, что в Белоруссии таких предприятий-гигантов насчитывается около 30, то, следовательно, весь белорусский «сборочный цех» оценивается нашими олигархами в полтора миллиарда долларов, что составляет продажную цену самой мелкой нефтяной компании России.Российские правые (СПС) и правоцентристские силы (»Единая Россия» и ЛДПР), а также олигархические структуры на словах ратуют «за союз с Белоруссией, но без Лукашенко». Однако дело заключается вовсе не в фигуре белорусского лидера.Что бы сейчас ни говорили в Москве или Брюсселе о Лукашенко, его сдача означала бы окончательный крах идеи объединения двух родственных народов и торжество белорусской оппозиции, которая в случае своей победы развернула бы страну на 180 градусов - на Запад, прочь от России. Таким образом, открытая (со стороны российских правых и правоцентристских сил и крупного капитала) и скрытая (в наших исполнительной и законодательной властях) неприязнь к белорусскому президенту многократно укрепляет шансы белорусской оппозиции на последующих выборах главы государства, дает Западу знак одобрения на травлю Лукашенко и его команды. Все это наносит огромный ущерб российским интересам.Антилукашенковская кампания, поддерживаемая российской открытой и скрытой оппозицией официальному Минску, противоестественна с точки зрения обеспечения национальной безопасности России. Следовательно, немногочисленные, но влиятельные политические силы в РФ своими действиями против избранного белорусским народом президента фактически закрывают нам белорусское «окно в Европу», подрывают систему национальной безопасности России.Новая экономическая модель для России - путь для интеграции с БелоруссиейИсключительная значимость Белоруссии для России заставляет говорить о необходимости любой ценой остановить усугубляющийся разлад. Мысль очевидная и бесспорная - но оттого не менее труднореализуемая. Сегодня отрицать значимость Белоруссии могут либо упертые либералы образца 1990-х, либо группы, заинтересованные в ослаблении нашей страны.России и Белоруссии надлежит сохранить лучшее, что есть между обеими странами, и всячески препятствовать наметившейся дезинтеграции. Есть надежда, что ситуация может измениться в лучшую сторону.Об этом, в частности, свидетельствует официальный визит российского президента в Белоруссию 13-14 декабря 2007 года, во время которого состоялось также заседание Высшего государственного совета Союзного государства. По итогам минского саммита Владимир Путин и Александр Лукашенко подписали совместное заявление, в котором стороны еще раз отметили важность укрепления взаимодействия России и Белоруссии в торгово-экономической и топливно-энергетической сферах на принципах суверенного равенства, рыночной экономики и взаимной выгоды. На этой встрече была достигнута договоренность о цене (с 1 января 2008 года) на природный газ, на которой настаивала Белоруссия, а именно 119 долларов за тысячу кубов (»Газпром» просил 165 долларов). К тому же российский президент сообщил, что для обеспечения плавного перехода двустороннего сотрудничества в энергетике на универсальные рыночные принципы с учетом обязательного для сторон выполнения подписанных ранее соглашений и контрактов Российская Федерация приняла решение о предоставлении Белоруссии государственного кредита в размере полутора миллиардов долларов. Условия кредита - выгодные для белорусской стороны: кредит выдан на 15 лет с началом его погашения через пять лет. И хотя этот официальный визит не принес долгожданного результата - прорыва в реальной межгосударственной интеграции, - ситуация, складывающаяся сейчас на переговорном поле между обеими странами, кардинально отличается от того, как закручивалась газонефтяная интрига на излете 2006 года.Нам пора осознать, что мы можем реально потерять Белоруссию в качестве союзника. Подобный ход событий будет ударом по геоэкономическим и геополитическим интересам как России, так и Белоруссии. К тому же Россия не должна отказываться от роли лидера в интеграционных процессах на постсоветском пространстве.По нашему мнению, многие негативные явления в отношениях между союзными странами являются результатом развития российской экономики. Неолиберальная монетаристская модель, лежащая в основе социально-экономического курса, проводимого в Российской Федерации вот уже 16 лет, показала свою несостоятельность. На ее негативные экономические и социальные последствия указывают многие ведущие экономисты в России и за рубежом.Практика государств, пребывающих в процессе создания рыночной системы, показала: неолиберальные монетаристские рецепты подходят не всем. Но либеральный радикализм с шоковой терапией и обвальной приватизацией открывает беспрецедентные возможности быстрого обогащения для тех, кто оказался на командных позициях в политике и экономике. Этим можно объяснить фанатичную приверженность такому радикализму в России и его полное неприятие в Белоруссии.Сформировавшаяся в России экономика провоцирует как чрезмерную зависимость от экспорта топлива и сырья, так и систематическое отставание обрабатывающей промышленности. Выход из этой ситуации может обеспечить только государство. Неолиберальная политика неэффективна, так как требует от государства невмешательства как раз в то время, когда оно особенно необходимо. Олигархический капитализм и сегодня по-прежнему в силе. В последние годы он видоизменился - стал своеобразным государственно-монополитическим капитализмом с паразитическими и криминальными чертами, вопиющим неравенством доходов, бедностью, а точнее - нищетой значительной части населения, разгулом преступности, коррупцией, паразитизмом богатого класса, неэффективностью многих управленческих звеньев.Властные структуры должны понимать необходимость выработки реальных путей выхода из сложившейся ситуации. А выход здесь один - отказаться от олигархического капитализма как главной опоры государства, отвергнуть основополагающий принцип либералов «меньше государства в экономике» и перейти к построению смешанной экономики на рыночных принципах. То есть непосредственное участие государства в развитии реального сектора экономики в виде госсектора и регулирующие функции государства в остальной экономике должны стать ведущими принципами на долговременную перспективу. Только такой путь может вывести страну из перманентного кризиса, преодолеть перекосы в структуре экономики и социальной сфере, стабилизировать социально-экономическую ситуацию, уменьшить и в конце концов ликвидировать вопиющие диспропорции, наблюдающиеся сейчас во всех сферах общественной жизни страны. Положительный опыт государственного регулирования экономики в Белоруссии и других странах как раз свидетельствует о необходимости перехода Российской Федерации на другую экономическую модель.Приватизация большинства промышленных предприятий в России не привела к повышению эффективности их работы. Требование неолибералов (по указанию МВФ) разукрупнить и приватизировать естественные монополии приведет к дальнейшему спаду промышленного производства, то есть усугубит процесс деиндустриализации страны, а значит, приведет к окончательной потере Россией своих державных признаков. Следует помнить мнение известного американского экономиста Джона Кеннета Гэлбрейта о том, что эффективность работы предприятия определяется не формой собственности, а качеством его менеджмента.России необходимо отказаться от курса всяческого сдерживания бюджетных расходов. Возрождение российской экономики настоятельно требует (по мнению как российских экономистов-государственников, так и видных западных специалистов, например американских ученых Кеннета Эрроу, Маршалла Голдмана, Джозефа Стиглица и других) стимулирования спроса (методами повышения бюджетных расходов) и предложения (методами налоговой политики).Безудержное присвоение прибавочного продукта и значительной части необходимого продукта (за счет поддержания низкого уровня зарплат наемных работников) со стороны формирующегося класса российских предпринимателей привело в России к беспрецедентному социальному расслоению, какого и близко не наблюдается в Белоруссии. Необходимо принять меры по увеличению доли зарплаты наемных лиц (кроме топ-менеджеров крупных компаний) в ВВП с 30% до среднеевропейского уровня в 50-60%. Ведь чрезмерно малая доля оплаты труда в ВВП тормозит рост экономики, делая невозможным реализацию продукции на внутреннем рынке. В результате Россия потребляет и использует меньше продукции, чем выпускает. И следовательно, может поддерживать экономический рост в основном благодаря превышению экспорта над импортом (в 2006 году объем экспорта - 302 миллиарда долларов, а импорта - 137,5 миллиарда долларов; в 2008 году прогнозируемый объем экспорта - до 303,6 миллиарда долларов, а импорта - до 200,8 миллиарда долларов). Неиспользуемый денежный капитал «складируется» по установившейся практике в основном за океаном в виде Стабфонда (с 1 января 2008 года - Резервного фонда и Фонда будущих поколений), а также за счет накопления огромных валютных резервов. Следует иметь в виду, что теоретически даже очень большой прибавочный продукт всегда может быть реализован, если отечественный капитал достаточно бурно инвестируется внутри страны. Но как раз этого в современной России не происходит. Вывозу капитала в виде невозврата экспортной валютной выручки способствует российский закон, принятый еще Третьей Думой при его лоббировании депутатами - главными акционерами нефтяной компании ЮКОС.К сожалению, российское правительство избегает серьезного анализа результатов рыночных реформ, не хочет видеть бедственного состояния экономики и подавляющей части общества, продолжает оставаться на либеральных позициях.Из непредвзятого анализа фактов, отсутствующего в публикуемых документах российского правительства, вытекает неотложная потребность пересмотра правительственного курса и выработки новой повестки дня реформ. Даже робкие попытки разобраться в итогах приватизации, предпринятые в известном докладе Счетной палаты, не увидели свет. Кого-то они, видимо, задевают за живое. И пока мы не переломим негативные тенденции экономического развития, до тех пор реальная интеграция с Белоруссией будет оставаться по-прежнему невозможной.

(Автор: Юрий Годин)

 

Curriculum vitae

Годин Юрий ФедоровичДоктор экономических наук, профессор, член-корреспондент РАЕН, ведущий научный сотрудник Отделения международных экономических и политических исследований Института экономики РАН.Дегоев Владимир ВладимировичДоктор исторических наук, профессор МГИМО (У) МИД РФ. Автор книг: «Большая игра на Кавказе: история и современность», «Внешняя политика России и международные системы: 1700-1918 гг.» и др.Ибраимов Осмонакун ИбраимовичПрофессор, доктор филологических наук, член-корреспондент Национальной академии наук Кыргызстана. Занимал должности вице-премьер-министра, посла Кыргызстана в Индии, государственного секретаря. В настоящее время - профессор Киргизско-Славянского университета в Бишкеке.Карапетян Людвиг МнацакановичДоктор философских наук, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ. Автор книг: «Научное управление и демократия», «Развитие демократии и преодоление бюрократизма», «Федерализм и права народов», «Правда истории и национальная политика», «Федеративное государство и правовой статус народов», «Федеративное устройство Российского государства».Манекин Роман ВладимировичПублицист, историк и культуролог. Автор работ о Донбассе, отношениях Украины и России, справочников по истории философии, исследований на темы современной истории и политики. Лауреат конкурса «Гуманитарное образование в высшей школе» и Первого литературного конкурса «Нет цензуре!». Член экспертного совета Kreml.org. Член Союза журналистов РФ и Независимого союза писателей РФ.Огурцов Евгений ЕвгеньевичЧлен Белорусской ассоциации журналистов. В прошлом - секретарь Союза кинематографистов Белоруссии, главный редактор «Гражданской газеты», один из создателей Объединенной гражданской партии. Писатель-публицист, автор документальной повести «Гражданская партия», художественно-биографического эссе «Тот самый Климов» и романа-антиутопии «Минск-2016».Соловьев Кирилл АлексеевичИсторик-архивист, соискатель Государственной академии славянской культуры, старший преподаватель кафедры архитектуры Московского государственного строительного университета.Сторчак Юрий АнатольевичПрезидент Global Media Group, вице-президент общественных организаций «Институт информационных связей», «Экология и здоровье». Градостроитель, политолог, политтехнолог, писатель, журналист, сценарист, режиссер, продюсер, автор ряда медиапроектов и книг: «Афоризмы-100», «Телевидение и время», «Чемпионы длины и высоты», «Замки мира».

(Автор: без автора)

 

Оптимистическая трагедия либералаАскар Акаев и Кыргызстан: переплетение политических судеб

Он вряд ли мог предугадать, на что идет и на какую карту поставил свою жизнь и судьбу, согласившись стать президентом еще советского Кыргызстана в 1990 году. А время было бурное, перестроечное, и все жили в ожидании чего-то нового. В такой ситуации общественный спрос на интеллектуалов и ученых, исповедующих «новое мышление», стал очень велик, и они оказались так же популярны и узнаваемы в народе, как артисты эстрады или кино. И имя Аскара Акаева - восходящей звезды киргизской науки, совсем еще молодого академика с незаурядными данными - уже обрастало легендой, а интеллектуальная элита Кыргызстана почти боготворила его…На его долю выпала неблагодарная, но в то же время уникальная миссия - возглавить и радикально реформировать страну, получившую суверенитет, начать полностью менять менталитет народа, адаптировать его к условиям рынка. А что это означало? Прежде всего это означало выжить в условиях, когда страна была выброшена на берег независимости без копейки в казне после крушения советской империи. Это означало совершить революцию, нацеленную на радикальную переделку человеческого материала, на смену целой мировоззренческой системы. Это означало разрушить привычный уклад жизни, уговорить людей перешагнуть из социализма в… капитализм. И без репрессий и террора, без каких бы то ни было проклятий в адрес прежней власти и ее носителей. И при этом понимать, что перемены вызовут целый вал проклятий и ругани, людского непонимания и недовольства. А осознанная благодарность и настоящее признание придут - если придут - гораздо позже. Вот на что Аскар Акаев шел и на что он себя обрек, согласившись стать главой еще советского Кыргызстана в 1990 году…Но сегодня Акаев уже в прошлом. Минула его эпоха, но нет даже намека на то, что кто-то поведет дела хотя бы немного лучше, чем он. Нация расколота по региональному признаку, и малейший повод может привести к взрыву. Страна живет по Конституции, которую молча и единодушно бойкотировал весь народ. Заседает парламент, за который никто не проголосовал. Сегодняшний киргизский Белый дом (так называют у нас Дворец Республики) - бойкий чиновничий базар, куда внедрились сомнительные персонажи, а то и просто матерые жулики, генерирующие такого же качества политику.Каким был президент Акаев при ближайшем рассмотрении, если рассеять бесчисленные сплетни, мифы и легенды? Каковы были его человеческий облик, его жизненная философия, политическая доктрина, если попытаться подойти к этим вопросам объективно, без политических шор на глазах?Ничто человеческое…Может показаться странным, что Акаев, умея и зная очень многое и обладая уникальными для профессионального политика качествами, совершенно не умел… фотографироваться. Как бы его ни готовили и какого бы профессионала ни привлекали для фотосессий, дело, как правило, заканчивалось почти провалом. Президент все время напрягался, вытягиваясь в струнку перед камерой, когда приходилось позировать. Но когда он был в работе и камер не замечал, выходило очень неплохо. Поэтому Акаев по-хорошему завидовал Назарбаеву, удивляясь его таланту умно и значительно выглядеть перед камерами и папарацци, помогая им создавать свой политический имидж. И в самом деле, Нурсултан Абишевич - это прирожденный арлекин и одновременно аристократ по образу жизни, вельможа, тогда как Аскар Акаевич был и остался рафинированным интеллигентом, ленинградцем лучшего образца и вместе с тем непревзойденным коммуникатором. И конечно, политиком - достаточно воспитанным и умным, чтобы нечаянно кого-то обидеть или задеть, и в то же время на редкость хитрым и расчетливым, чтобы не преминуть сказать что-либо нужное и приятное каждому интересующему его человеку. Его память была достаточно вместительна, а интеллект бесперебойно «включен» в рабочем режиме, чтобы при каждом удобном случае найти подходящее слово или комплимент, которыми он, как Талейран, щедро одаривал всех, кто попадал в поле его зрения. Ум и хитрость, жестко подчиненные логике расчета и подпитываемые богатыми ресурсами интеллекта, составляли основной стержень акаевского менталитета.Будучи довольно искренним и в определенном смысле мягким человеком по природе, он тем не менее умел, когда надо, тщательно скрывать то, что называется собственным нутром. Для очень многих это почти недостижимая личностная задача, требующая колоссальной воли и самодисциплины, ибо все мы, обычные смертные, нет-нет да и обозначим свою позицию, причем часто очень некстати. Но Акаев этим качеством - очень нужным именно для политика - обладал в полной мере, и я всегда поражался тому, как он может похвалить или даже возвысить человека, которого на самом деле не любит, а то и просто ненавидит. Но это «личное» он умел запрятать в такие глубины своей души, что узреть его проявления в словах или поступках президента удавалось не каждому. Так вот, именно эту ключевую черту его личности и не удавалось схватить ни фотографам, ни художникам.Акаев - личность сложная и неоднозначная, как сложно и неоднозначно время, в которое он правил Кыргызстаном, при этом искренне намереваясь «вылепить» из страны нечто совершенно другое и современное. И эту задачу - неблагодарную, но стратегически дальновидную - он все-таки сумел выполнить, и это стало едва ли не главным в его политической миссии. Все остальное, в том числе обвинения в коррупции, семейственности и т.п., оставим для тех, которые занимаются этим по долгу службы. Увы, людей всегда устраивает самая худшая версия из всех существующих, и именно она крепче других застревает в человеческой памяти. Но ради справедливости нужно признать: в 90-е годы я не видел в нашей команде кого-то другого, кто бы мог справиться с задачей президентства лучше, чем Акаев. Он тогда был нашим единственно возможным лидером - и в этом заключалась реальность.Работать с ним было огромным удовольствием, и мне повезло бок о бок сотрудничать с Акаевым почти десять лет (за вычетом трех лет, когда я находился на дипломатической работе). Не скрою: мне иногда определенно не нравились его решения, поступки, некоторые кадровые сальто-мортале. Бывали случаи несовпадения позиций или простой психологической усталости друг от друга, но в стратегических вопросах я был и по сей день остаюсь приверженцем и убежденным сторонником его политики. Да, я сильно разошелся с президентом в вопросе о применении оружия против демонстрантов 24 марта 2005 года. И остановил его, идя на крайний шаг - публично подал в отставку в знак протеста. Последней командой Акаева перед его отправкой в Москву было: «Не стрелять!» А ведь гражданская война была почти у порога…Конечно, политика и огромная власть не могли не отразиться на его личностных качествах и характере. Как ни крути, президентство - не ритуальная работа или почетное восседание в президиумах. В стране, охваченной муками глубоких системных реформ и социальными потрясениями, это повседневная борьба за дела и неустанное укрепление власти. Поэтому ему нередко приходилось ради дела идти против себя, расставаться с друзьями, а работать с теми, кого он, возможно, не любил. Таких случаев было немало.Был ли он жадным и сребролюбивым? Я лично никогда за ним этого не замечал. Был ли он взяточником, вымогавшим, как пишет наша желтая пресса, мзду у каждого назначенца? Это бессовестное вранье. Получал ли он подарки? Да, конечно. Как все люди.Разумеется, я пишу только о том, что видел лично и в чем сам удостоверился. А что творилось и о чем реально думалось в недрах его дома, я не мог, да и не желал бы знать. И все же теперь, по прошествии достаточного времени после его ухода, я отчетливо и с сожалением вижу, что проблем с интеллигентностью в обычном смысле слова у него не было. У него были про*лемы только с совестью…Почему он «убежал»,а не погиб героически на поле боя, как АльендеЯ все-таки хочу приоткрыть завесу над тем, почему Акаев, еще будучи президентом, не заявил четко, открыто и напрямик, что он уйдет - и бесповоротно - в октябре 2005 года. Скажу со всей ответственностью: лично он определенно хотел и собирался уйти на отдых. Планов у него было много. На последней встрече в Нью-Йорке американцы предлагали ему работу в системе ООН. Мы все видели, что он явно подустал. Да и западные эмиссары не упускали ни одного случая или повода, чтобы напомнить об обещании Аскара Акаевича уйти. Его пугало совсем другое - синдром уходящей власти. И как следствие - политический паралич, который был бы неизбежен в Кыргызстане и избежать которого нужно было хотя бы ради страны и нормального проведения парламентских выборов в феврале и президентских выборов осенью. Иначе можно было легко потерять контроль над всей вертикалью власти, тем более что многие члены его команды уже тайно договаривались с оппозицией, чтобы примкнуть к ней, дабы обеспечить себе место при новой власти. То, что опасение это вполне обоснованное и реальное, я лично наблюдал и при новой власти: и в ходе ноябрьского кризиса 2006 года, и в апреле 2007-го многие чиновники начали спешно покидать якобы тонущий корабль и уходили прямо на куловский «фронт». А наш анализ зимой 2005 года со всей ясностью показывал, что почти весь состав правительства и весь губернаторско-акимовский корпус готов пойти на выборы, задействуя все властные рычаги и оставляя за собой зияющие пустоты в управлении. Вот какая складывалась ситуация.Это было очень серьезной головной болью для Акаева. В то же время даже его смягченное заявление в середине 2004 года о намерении уйти с поста президента вызвало раздражение и беспокойство у ближайших президентствующих соседей - никто из них не собирался уходить по-демократически. А российская политическая элита буквально обожала Акаева и прекрасно понимала цену такой потери для России. Примерно такое же мнение преобладало и в ведущих мусульманских странах, и в Китае. Другими словами, уход Акаева в конституционные сроки определенно мог всколыхнуть политические устои во многих странах СНГ, и это тоже сдерживало от лапидарных и по-ельцински прямых политических заявлений.Имел место и еще один очень серьезный и, на мой личный взгляд, совершенно оправданный довод, чтобы не сказать прежде времени: «Извините и прощайте». Это был вопрос о внешних долгах. И в той или иной степени разрешить этот вопрос мог только Акаев. Наши финансисты - Улан Сарбанов, Болот Абильдаев и Эмирлан Торомырзаев - несколько лет вели переговоры с членами Парижского клуба кредиторов вслед за президентом, а киргизская экономика уверенно поднималась вверх, перейдя семипроцентный рубеж ежегодного роста. Поэтому прощение большой части долгов и их реструктуризация были почти решенным вопросом (при этом цены на продукты первой необходимости стабильно не поднимались, а рост инфляции был минимальным). Но к этому Акаев шел почти восемь лет, улучшая и укрепляя отношения и с Россией, и с США, и с другими странами-кредиторами. Это только примитивные умы сегодня разглагольствуют, что американская база «Ганси» и российская авиабаза в Канте - это всего лишь коррупционные проекты семьи Акаевых. Все это нацеливалось только на одно - улучшить переговорную атмосферу для прощения и реструктуризации долгов. Но кому сегодня это объяснишь - да и нужно ли это кому-то объяснять? А наш значительный политический актив и прекрасный переговорный задел на сегодняшний день почти полностью потеряны…Все говорят, что Акаеву не было резона покидать страну и перебираться в Москву. Я тоже согласен с этим: да, не было резона. Увы, это была ужасная, роковая ошибка. Но худшей ошибкой стала бы пролитая кровь и почти неизбежный «нюрнбергский процесс» по-киргизски.Он правильно сделал, уйдя от шайки вооруженных бандитов и не подвергнув себя нечеловеческой издевке своих вчерашних выдвиженцев, а также мародеров и наркоманов. Слава богу, что он спас наш народ от этого позора, - хватит и того, что мы однажды заставили вздрогнуть Манаса Великодушного, храбрейшего из храбрых, чью орду разграбили по-вражески, семью вынудили бежать из Таласа под покровом ночи, а самого основателя народа киргизов обрекли на то, чтобы быть похороненным далеко в горах в глубокой тайне и без посторонних глаз. Мы и сегодня не знаем, где он похоронен. Манас, надо думать, точно знал нравы своих соплеменников и принимал почти безошибочное решение, завещав жене и матери непременно бежать и спасти потомство от убиения. Так гласит легенда, так глаголет бессмертный «Манас» - вещее слово киргизов. Тем не менее я искренне хочу, чтобы уход Акаева был последним подобного рода случаем в нашей истории и чтобы это никогда больше не повторилось. Хотя события последнего времени оставляют все меньше надежды на это…Акаев и Макиавелли: нечто о социал-дарвинизмеДа, Акаев не был героической натурой, этаким гладиатором. Но на политических ристалищах равных ему тогда не находилось. Его ораторское мастерство и умение убеждать были неподражаемыми.Многие продолжают ненавидеть Акаева, ставя ему в вину даже то, что он так быстро и «без боя» сдал свою власть. Что он намеренно не готовил себе преемника из-за собственного эгоизма и государственной безответственности. Что он вынашивал идею чуть ли не монархии, вместо того чтобы заложить основы традиции демократической передачи власти и нормального парламентаризма.Что сказать на это? Конечно, ни о какой монархии он не думал, но одного из детей и многочисленную родню от политики и бизнеса, вне всякого сомнения, нужно было удержать. Хотя бы ради того, чтобы лишний раз не дразнить гусей… Но когда его начинают ругать за то, что он не сделал нам жизнь лучше, чем у казахов, что у нас были и есть для этого несметные богатства и ресурсы, я начинаю думать, что это уже психоз, а не реальный анализ положения вещей. Так и хочется спросить этих людей: а не кажется ли вам, что наше отравленное трехлетней официальной пропагандой восприятие бывшего президента так затуманило наши глаза, что мы не хотим видеть даже очевидные вещи? Разве мы не жили и не живем лучше, чем узбеки и таджики, не говоря о совершенно порабощенных и замордованных при Ниязове туркменах? Да, государство у нас бедное, но народ жил и живет лучше, чем в этих странах. Кто ж виноват, что Бог не дал нам столько нефти и газа, сколько Казахстану, живущему за счет этого поистине несметного богатства лучше нас. А потом давайте не будем забывать, что не хлебом единым жив человек. И в этом плане мы жили несравненно свободнее, раскованнее, демократичнее, чем все без исключения соседи.Но из этого никак не следует, что у нас все было хорошо. Увы, многие госчиновники начали погрязать в коррупции, в кумовстве, в протекционизме, которые при нынешней власти превратились в настоящие метастазы. Реформы не были доведены до конца. Это при нас началась повальная покупка депутатами голосов избирателей, стал нормой бессовестный административный нажим. Это мы не осуществили давно назревшие административную и конституционную реформы. Я уже не говорю о коррумпированной милиции, прогнившей судебной системе, полностью разваленных секретных службах, разрушенном сельском хозяйстве и т.д. И коррупция не потому у нас появилась, что Акаев давал наказ чиновникам «воровать по-ударному», чего не делает, убежден, и Бакиев. К несчастью, многие наши сородичи идут в политику с одной-единственной целью - прикарманить государственное добро, нажиться. А виноват всегда тот, кто наверху. Другое дело, что если кто-то наверху нечист на руку, то и с нижестоящих требовать чистоты рук исключительно ради проформы - бессовестное лицемерие.Макиавелли считал, что хорошая политика нацеливается на людское эго - или разбивается о него вдребезги, если игнорирует это самое эго. В стране с переходной экономикой и не адаптированным для рынка народом быть козлом отпущения проще простого, особенно если политика нацелена не на народное, а на со*ственное эго…Вспоминаю эпизод в знаменитом Гейдельбергском университете, где киргизский президент выступил с докладом о своем видении - видении физика - еще никем не установленных законов и явлений переходной экономики. Но ректора, по специальности биолога, насторожила акаевская аналогия определенных социальных явлений при распаде плановой экономики и переходе ее к рынку с происхождением видов в теории Дарвина. Последовал вопрос. Но когда Акаев описал ситуацию в постсоветском Кыргызстане, профессор принял его аргументацию.А ведь ситуация была действительно катастрофической. Страна после распада Советского Союза осталась с перерезанными финансовыми артериями и экономическими связями. Производство очень быстро обанкротилось из-за отсутствия комплектующих и прекращения заказов - именно так Чубайс и Ельцин добивали ненавидимый ими Союз и его экономику. Но страна сумела-таки выкрутиться, вовремя покинув засасывающий омут рублевой зоны и занявшись реформами. Именно Акаев, почти безостановочно агитируя, как говорящая машина, и убеждая всех и каждого, что скоро «будет очень хорошо», что нас ждет участь «азиатской Швейцарии», приучил страну жить в демократии и незаметно внедрил рынок, пусть не самый совершенный и до конца продуманный. Он, заработав имидж самого большого либерала в странах СНГ, сумел получить самые льготные кредиты и миллиардные гранты Запада и таким образом спас страну от вполне реального голодомора и распада. Собрав лучшие умы страны, он смог разработать долгосрочную стратегию и четко вычерченную доктрину во внешних и внутренних делах, успешно вписав суверенный Кыргызстан в международное сообщество.Чего стоит одна «дипломатия Шелкового пути», основанная на доктрине «И-и» (и США, и Россия), но не «Или-или». Можно ли забыть наш мощный образовательный прорыв, когда появилось столько сильных университетов на пустом месте! А наша идеология «общего дома» и «единой многонациональной семьи»? А мощная пропаганда Кыргызстана через такие общемировые каналы телевидения, как СNN? Это при Акаеве наша страна трижды была избалована всемирной поддержкой, пропустив через ООН три резолюции по Кыргызстану, включая 1000-летие эпоса «Манас» и 2200-летие киргизской государственности! А Международный год гор - это совершенно особый разговор, исключительная заслуга именно Акаева. Сегодня даже Жогорку Кенеш (парламент Кыргызстана) не пропускает иногда проекты нашего Белого дома, не говоря уже о Генеральной Ассам*лее ООН… Я уже не говорю о таком великом деле, как социальная мобилизация - единственный путь, изобретенный в мире для преодоления бедности, о чем сегодня перестали даже говорить по той простой причине, что в нынешнем бишкекском Белом доме уже нет ни одного специалиста по социальной сфере. Профнепригодность нынешних представителей власти просто поражает.Кстати, именно при Акаеве на полную катушку заработала фабрика политических звезд, появлению которых способствовала его либеральная политика. Он не убивал и не гноил оппозиционеров, как Ниязов, не ликвидировал инакомыслящих физически и морально, устраивая кровавые бойни, как Каримов, а спорил с ними, сражался на политических ристалищах, как равный с равными, изначально признавая законность оппозиции и право ее представителей на публичную политику. Поэтому творцом нынешнего президента Курманбека Бакиева - как, впрочем, и его «врагодруга» Феликса Кулова, да и всех видных политиков современного Кыргызстана - являются именно Акаев и его политика.Сегодня же сажают, даже если молча стоишь в пикете. Конституция, пусть даже такая, давно никому не указ. Политически мотивированные убийства, систематически не раскрываемые, уже стали чем-то обыденным. Сколько еще придется терпеть народу это торжество властного бандитизма - трудно сказать.Просчеты и победы несостоявшегося АтатюркаЯ считаю, что у Аскара Акаева был реальный шанс стать своеобразным Ататюрком Кыргызстана, но он это, к сожалению, упустил. Ради такого шанса стоило сознательно отказаться от многих земных благ и житейских соблазнов и хорошо начатое дело завершить хотя бы прилично. Хемингуэй как-то сказал, что настоящий писатель, если он действительно не хочет быть забытым еще при жизни, в каждую минуту творчества должен помнить, что река Вечности протекает мимо него. И об этом я несколько раз говорил своему бывшему шефу. Как, впрочем, и о том, что нужно бы уйти под аплодисменты, а не под свист и улюлюканье. Акаев на это вроде соглашался, но у него не хватило твердой политической воли для конкретных решений.Думаю, ему не хватило масштаба исторического видения и, если хотите, немного воображения. Кроме того, сказалось отсутствие чувства цельности в восприятии исторического творчества, что предполагает четкое разграничение начала и конца в задуманном деле. Недаром даже Эйнштейн, работая над единой теорией поля, жаловался, что ему не хватает эстетического чувства цельности. Иными словами, Акаеву надо было работать на Историю, а не грести все под себя. Надо было думать, как достойно завершить хорошо начатое дело, заранее готовить себе нормальное политическое будущее, а не перечеркнуть столько дел всего лишь одним-единственным поступком.Тем не менее его миссию первого президента страны и выдающегося реформатора и политика, замечательного человека и интеллигента никто не отменит и не зачеркнет, если даже очень постарается. Что ж, придется жить без собственного Ататюрка, будем довольствоваться тем, что зато у нас был по-своему неповторимый Аскар Акаев, возглавивший в Кыргызстане конца ХХ века самую трудную из революций - революцию в менталитете целого народа. И это ему удалось, как удалось и сформировать национальную государственность, которую узнали и признали во всем мире. А это, согласитесь, очень и очень немало. Даже много. И семена прогресса, посеянные при Акаеве, не исчезнут, если даже их попытаются затоптать, переписав Конституцию и свернув демократические нормы.Для новых поколений политиков жизненно важно вновь собрать страну и сплотить ее народ, покончить с нынешним государственным манкуртизмом. И возвращаться к этой повестке дня придется еще много и много раз, ибо в политической и государственной деятельности Акаева - начало многих начал, истоки очень многих - в том числе, увы, и нехороших - дел. Не только фотографы и художники, но и многие аналитики и историки обломят о него свое перо - так непрост этот человек, так многозначен сей ясный, как однажды заметил мой друг антрополог, китайско-японский акаевский лик. Он для Кыргызстана как двуликий Янус - обращен и в прошлое, и в будущее.Помнится, года три-четыре назад, находясь на вершине своего могущества, он сиял широкой американской улыбкой. А после марта 2005-го казался таким банальным, бледно-угрюмым, даже у*огим. Нынче же на нем налет некой загадки, многозначности… И укора. А вот увидите, он еще возьмет да повернется к нам другой, неожиданной стороной. Сегодня вся страна говорит в один голос, что при Акаеве жилось гораздо лучше, во много раз дешевле и несравненно безопаснее. А главное - демократичнее и с уверенностью в будущем.Станут ли его ошибки уроком для других?Кто-то в моей статье усмотрит попытку реабилитировать и политически реанимировать бывшего лидера Кыргызстана. Так ли это? Нет и еще раз нет. Дело в другом. Я по своим взглядам - исторический позитивист, и мне бы хотелось представить наше государственное развитие в его преемственности. О худшем мы говорим больше, чем надо, убивая в себе и в других веру в собственное будущее. Акаев - это Акаев, а Бакиев должен быть Бакиевым, и не нужно отрекаться от прошлого и уподобляться ящерице, отбрасывающей собственный хвост. Это нужно не стране и не народу. Это выгодно только нашим политическим проституткам и писакам желтых газет, которым ничего не хочется на этом свете, кроме должностей, депутатских мандатов или оплачиваемого злословия.Акаева нужно бы со временем вернуть в Кыргызстан - если, конечно, он того пожелает. Он все-таки первый президент страны и, по общему признанию, крестный отец киргизской демократии. Да и нельзя забывать то доброе и прогрессивное, что им сделано, - довольно нам вечно раскапывать могилы и перевозить останки с запоздалым раскаянием. Это нужно и для того, чтобы впредь не вздумали убегать наши новые лидеры и тем самым подводить страну и своих соратников.Ну а если говорить о* оши*ках Акаева… Это его трагедия, причем типичная трагедия либерала, президентствующего академика и интеллигента, искренне затеявшего «островную демократию» в отдельно взятой центральноазиатской стране под названием «Кыргызстан», но сброшенного с поста криминалитетом и нанятой им для этого дела агрессивной толпой. То есть он пал жертвой той демократии, которую сам же затеял и глубоко внедрил в сознание людей. Именно поэтому трагедия эта определенно оптимистическая, и реальная оценка политической деятельности Акаева принадлежит Истории.Будучи его ближайшим соратником на протяжении многих лет, я всегда замечал, что он… все равно как белая ворона с его либеральными убеждениями на фоне центральноазиатских «вечных» президентов, перекрасившихся вчерашних первых секретарей брежневского розлива, а сегодня - безжалостных деспотов, ради своей единоличной власти готовых на все, включая кровавый террор и неприкрытое насилие.Да, случившееся три года назад - политическая трагедия Акаева, но далеко не конец, как хотели бы думать его враги. Увы, что было, то было, и прошлое не переписать. Важны посеянные семена и их всходы. И еще не уничтоженные демократические надежды - самое лучшее и ценное политическое наследие акаевского времени в современном Кыргызстане.Нужно хотя бы не повторять его ошибки (это касается прежде всего киргизского президента ? 2), а если напоминать о них, то главным образом с той целью, чтобы новые поколения политиков извлекли из них важные уроки. Это - самое актуальное и злободневное в поднятой мною теме и в современном киргизском политическом контексте. Да и в акаевской политической биографии. В этой противоречивой, не во всем еще понятой и оцененной фигуре. В этой грустной исторической новелле и весьма поучительной судьбе.

(Автор: Осмонакун Ибраимов)

 

Постоянные и переменные (39)Как изменилась верхушка российской политической элиты за десять лет

Двадцать ведущих политиков РоссииДекабрь 1997 годаСредний балл без знака влиянияСредний балл со знакомвлиянияДекабрь 2007 годаСредний балл без знака влиянияСредний балл со знакомвлияния

#Фамилия, имя, отчество#Фамилия, имя, отчество

1Ельцин Б.Н., президент РФ7,86+ 4,811Путин В.В., президент РФ8,36+ 2,42

2Черномырдин В.С., председатель правительства РФ7,00+ 5,182Медведев Д.А., первый заместитель председателя правительства РФ7,22+ 3,76

3Лужков Ю.М., мэр Москвы6,25+ 4,243Кудрин А.Л., вице-премьер и министр финансов5,47- 0,03

4Чубайс А.Б., первый вице-премьер5,98+ 1,794Сурков В.Ю., заместитель главы администрации президента5,07+ 0,87

5Вяхирев Р.И., глава ОАО "Газпром"5,31+ 3,215Лужков Ю.М., мэр Москвы4,73+1,06

6Куликов А.С., вице-премьер и министр внутренних дел5,24+ 2,646-7Алексий II, Патриарх Московский и всея Руси4,70+ 2,91

7Дьяченко Т.Б., советник президента5,21- 0,176-7Зубков В.А., председатель правительства РФ4,70+ 2,24

8Березовский Б.А., бизнесмен5,130,008Собянин С.С., глава администрации президента4,64+ 2,10

9Юмашев В.Б., руководитель администрации президента5,06+ 1,609Сечин И.И., заместитель главы администрации президента4,62+ 0,32

10Строев Е.С., председатель СФ5,04+ 3,2810Иванов С.Б., первый заместитель председателя правительства РФ4,53+ 2,28

11Немцов Б.Е., первый вице-премьер4,98+ 1,8311Миллер А.Б., глава ОАО "Газпром"4,52+ 1,44

12Примаков Е.М., министр иностранных дел4,90+ 4,1512Грызлов Б.В., председатель ГД4,49- 0,56

13Селезнев Г.Н., председатель ГД4,69+ 1,4213Патрушев Н.П., директор ФСБ4,48+ 2,07

14Гусинский В.А., глава холдинга ЗАО "Медиа-Мост" 4,58+ 1,6214Дерипаска О.В., глава группы "Базовый элемент"4,42+ 0,58

15Дубинин С.К., председатель Центрального банка4,46+ 3,5615Абрамович Р.А., губернатор Чукотского АО4,40- 0,42

16Потанин В.О., глава ОНЭКСИМ Банка4,35+ 1,4416Лавров С.В., министр иностранных дел4,34+ 1,29

17Сергеев И.Д., министр обороны4,18+ 3,0517Чубайс А.Б., глава РАО "ЕЭС России"4,05+ 0,80

18Зюганов Г.А., лидер КПРФ4,16- 1,0218Козак Д.Н., глава Минрегионразвития4,00+ 2,19

19Ходорковский М.Б.,глава "Роспром/ЮКОС"4,02+ 2,1719-20Миронов С.М., председатель СФ3,93+ 0,35

20Задорнов М.М., председатель бюджетного комитета ГД4,00+ 2,5919-20Якунин В.И., глава РАО "РЖД"3,93+ 2,43