Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Следующая страница: Ctrl+→  |  Предыдущая страница: Ctrl+←
Показать все книги автора/авторов: Дар Фредерик (Сан-Антонио)
 

«Слепые тоже видят», Фредерик Дар

Сан-Антонио

Слепые тоже видят

Перевод А. Мусинова, Д. Березовской

Вы любите алмазы, господа (и особенно дамы)? А что вы скажете об алмазе весом в тонну? Такую штуковину, конечно, не используешь в качестве пресс-папье для мемуаров. Но зато и пытаться унести ее в кармане все равно что запихнуть беременную слониху в клетку для хомячка. Однако французские власти все-таки побоялись за сохранность многотонного алмаза, найденного в Африке. И поручили сопровождать "бюджетный груз" нашему другу Сан-Антонио.

Тем не менее, нашлись умельцы, которые унесли здоровенный кусок драгоценного графита прямо из-под носа доблестного комиссара. А самого Сан-А ослепили какими-то лучами так, что он потерял способность отличить хорошенькую блондинистую мышку от неказистой негритянской старухи. Вот тут-то в дело и вмешался Берюрье. Правда, он сразу же наелся каких-то орехов, и его мужское достоинство чуть было не затмило все остальные достоинства Человека-Горы. Впрочем, на расследовании это никак не отразилось. Следы Алмаза с большой буквы затерялись где-то в Европе...

Вас интересует, куда делся этот драгоценный гигант? Тогда обратитесь к своему психоаналитику - возможно, у вас началась мегаломания. А остальным лучше открыть следующую страницу.

Глава (так сказать) первая

- Как ты находишь мои бедра? - спрашивает Франческа.

- Запросто, - отвечаю я, - они у тебя такие объемные, что не промахнешься!

Франческа лежит на постели в полном изнеможении, одурев от ласк, с открытым клювиком, как выбившийся из сил птенец. Услышав ответ, она встает, взгляд ее меняется, становясь ядовитым, а рот вытягивается как ствол базуки, готовый запустить ругательство.

- Осел! - произносит она смачно.

- Почему осел! - протестую я. - Я отвешиваю тебе лучший из лучших комплиментов, а ты вдруг обижаешься. Меня это удивляет. Что за муха тебя укусила?

Она выскакивает из кровати и начинает вертеться у зеркала, покрытого ржавыми пятнами.

- И совсем у меня не толстая задница! - уверенно заявляет она, подтягивая вверх килограммов пятнадцать мясистого окорока, без которого ей все равно осталось бы на что сесть.

- Я не говорю, что она толстая! - поправляюсь я. - Она величественная! Согласись - это нюанс! Она у тебя, я бы сказал, возвышенная! Да что я говорю, Франческа! Продукт высшего качества! Самая что ни на есть волнующая и трогательная! Центр притяжения Парижа и его окрестностей! Нежное и теплое убежище! Законченный монумент! Народное достояние! На все времена! Пантеон секса! Тауэр сладострастия! Место массового паломничества! Иерусалим! Увидеть и умереть! По сравнению с ней Венеция - ничто! Твоя попка вызывает аппетит. Она зовет! Она манит! Это путешествие из ранга великих географических открытий! Оно воспето в веках! Мир, поделенный на полушария: восточное и западное! Ее величество! Обожаю! Я подложу твою попку себе под голову! Буду спать, как на перине! Как в спальном мешке! Она станет моим местом жительства! Это цель моей жизни! Мой культ! Моя религия...

- Хватит надо мной издеваться! - обрывает меня уже весьма нежно обладательница всех вышеперечисленных достоинств. (Стоит сказать, что я встретил ее в полдень в пивной Рено, и к трем часам мы уже вполне пресытились послеобеденным отдыхом, проведенным в меблированных комнатах заведения на улице Вдохов и Выдохов (бывшей Охов и Вздохов).

- Я не издеваюсь над тобой, а тащусь от тебя! Я втрескался в тебя с первого взгляда. Русалка моя! Ты соблазнила меня, похитила! Каждая складочка твоей кожи просто создана для любви. Я твой раб! Я погиб! Но чтобы у меня не осталось и капли сомнения, сейчас проведу очередную инспекцию...

Like it, take it! Если нравится - возьми, как говорят англичане!

Я снова беру ее (Франческу) в свои руки и веду на пуховую перину, видавшую виды (и похуже). Честно говоря, этой девушке не хватает фантазии, или поэзии, если хотите. Вам вряд ли удастся вылепить из нее законченное изваяние сладострастия, хотя в целом она очень недурна. Вполне приличная самочка для неприхотливой любви. А вы хотите тигрицу за те деньги, что она просит? Не обладая, прямо скажем, высоким интеллектом, Франческа умеет в самые острые психологические моменты поддерживать обмен репликами в рамках подражания различным природным звукам. Впрочем, усиливая их иногда до неузнаваемости. Она владеет классической техникой, требующей некоторого обогащения. Виртуозности нет и в помине. Короче говоря, типичный продукт для времяпрепровождения в послеобеденные часы, когда в Париже идет дождь, других занятий нет, а на Елисейских полях не крутят ни одного достойного внимания фильма.

Я начинаю разогревать ее, как греют остывший за ночь мотор, готовя к следующему сражению, на этот раз более продолжительному, чем первое. Любовные утехи как сырный десерт. Сортов много, и с каждой порцией вкус становится все более выраженным. Начинаешь с сортов спокойных и мягких, а потом потихоньку приближаешься ко все более пикантному и соленому. И под конец у мадам растопыриваются пальцы на конечностях, а у меня самого жжет в глотке и выпучиваются глаза.

Большинство людей, я имею в виду современных, проходят мимо удовольствий только потому, что не умеют шевелить мозгами. Некоторые думают: для того чтобы схватить себя за ногу, нужно нагнуться, но существуют ситуации, когда проще поднести ногу к рукам. Из этого можно заключить, что наслаждение - вопрос гибкости. Человек проворный ровно в одиннадцать с половиной раз лучше удовлетворит даму, чем недотепа, если верить статистическим данным опроса, проведенного гинекологом хозяйки бакалейного магазина в нашем доме. Излишний вес, как он говорит, приводит к застою и увяданию. Согласно статье, которую я недавно прочитал в "Монде", начиная с того момента, когда ты видишь не больше двух сантиметров своего полового органа, ты теряешь чувствительность. Я знаю одного хмыря, бывшего бабника и ходока на все сто, который теперь так растолстел, что вынужден пользоваться щипцами для вылавливания огурцов из банки и зеркалом, чтобы узреть свое хозяйство. Можете себе представить мучения этого господина. Когда ему случается тряхнуть стариной, он управляет собой с помощью целой системы зеркал и удочки. Настраивать себя на секс в таких условиях - все равно что топить крейсер противника торпедой, пущенной с подлодки во время глубоководного погружения. Нужно пускаться в математические расчеты, строить схемы, графики. Да еще учитывать состояние здоровья...

Словом, как в цирке после антракта, я начинаю второе отделение программы. Проявляя максимум гибкости и грациозности. В стиле марокканских акробатов. Э-э, хоп! Хоп! И-и, хоп, ля-ля! Со свистом! И отвагой! Но с большой точностью. Это, братцы, необходимо! Небольшая ошибка - и можно повредить себе шест, поскольку он сейчас испытывает напряжение на изгиб. Как изображение на знаке, предупреждающем о скользкой дороге. Он как сложный перископ. Ух, как это опасно! Давление на сгибах огромно, может сломаться как сосулька, и в руке останется фитюлька длиной со свисток. Так что потом подчиненные не будут знать, как вас называть, - мадам или месье полицейский.

- А моя грудь, скажи, мой бюст, как ты его находишь? - беспокоится сексапильная партнерша.


Еще несколько книг в жанре «Детектив (не относящийся в прочие категории)»

Остановка, Павел Шестаков Читать →