Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Следующая страница: Ctrl+→  |  Предыдущая страница: Ctrl+←
Показать все книги автора/авторов: Пушкин Александр Сергеевич
 

«Незавершенное, планы, отрывки, наброски», Александр Пушкин

Бова

(Отрывок из поэмы)

  • Часто, часто я беседовал
  • С болтуном страны Эллинския[?]
  • И не смел осиплым голосом
  • С Шапеленом и с Рифматовым
  • Воспевать героев севера.
  • Несравненного Виргилия
  • Я читал и перечитывал,
  • Не стараясь подражать ему
  • В нежных чувствах и гармонии.
  • Разбирал я немца Клопштока
  • И не мог понять премудрого!
  • Не хотел я воспевать, как он;
  • Я хочу, чтоб меня поняли
  • Все от мала до великого.
  • За Мильтоном и Камоэнсом
  • Опасался я без крил парить;
  • Не дерзал в стихах бессмысленных
  • Херувимов жарить пушками,
  • С сатаною обитать в раю,
  • Иль святую богородицу
  • Вместе славить с Афродитою.
  • Не бывал я греховодником!
  • Но вчера, в архивах рояся,
  • Отыскал я книжку славную,
  • Золотую, незабвенную,
  • Катехизис остроумия,
  • Словом: Жанну Орлеанскую.
  • Прочитал, — и в восхищении
  • Про Бову пою царевича.

  • О Вольтер! о муж единственный!
  • Ты, которого во Франции
  • Почитали богом некиим,
  • В Риме дьяволом, антихристом,
  • Обезьяною в Саксонии!
  • Ты, который на Радищева
  • Кинул было взор с улыбкою,
  • Будь теперь моею музою!
  • Петь я тоже вознамерился,
  • Но сравняюсь ли с Радищевым?

  • Не запомню, сколько лет спустя
  • После рождества Спасителя,
  • Царь Дадон со славой царствовал
  • В Светомире, сильном городе.
  • Царь Дадон венец со скипетром
  • Не прямой достал дорогою,
  • Но убив царя законного,
  • Бендокира Слабоумного.
  • (Так, бывало, верноподданны
  • Величали королей своих,
  • Если короли беспечные
  • Не в постеле и не ночкою
  • Почивали с камергерами.)
  • Царь Дадон не Слабоумного
  • Был достоин злого прозвища,
  • Но тирана неусыпного,
  • Хотя, впрочем, не имел его.
  • Лень мне все его достоинства
  • И пороки вам показывать:
  • Вы слыхали, люди добрые,
  • О царе, что двадцать целых лет
  • Не снимал с себя оружия,
  • Не слезал с коня ретивого,
  • Всюду пролетал с победою,
  • Мир крещеный потопил в крови,
  • Не щадил и некрещеного,
  • И, в ничтожество низверженный
  • Александром, грозным ангелом,
  • Жизнь проводит в унижении
  • И, забытый всеми, кличется
  • Ныне Эльбы императором: —
  • Вот таков-то был и царь Дадон.

  • Раз, собрав бородачей совет
  • (Безбородых не любил Дадон),
  • На престоле пригорюнившись,
  • Произнес он им такую речь:
  • «Вы, которые советами
  • Облегчили тяжесть скипетра,
  • Усладили участь царскую
  • (Не горька она была ему),
  • Мудрые друзья, сподвижники!
  • К вам прибегнуть я решаюся:
  • Что мне делать ныне? — Слушайте».

  • Все привстали, важно хмуряся,
  • Низко, низко поклонилися
  • И, подправя ус и бороду,
  • Сели на скамьи дубовые.

  • «Вам известно, — продолжал Дадон, —
  • Что искусством и неправдою
  • Я достиг престола шаткого
  • Бендокира Слабоумного,
  • Сочетался с Милитрисою,
  • Милой женкой Бендокировой,
  • И в темницу посадил Бову,
  • Принца крови, сына царского.
  • Легче, легче захватить было
  • Слабоумного златой венец,
  • Чем, надев венец на голову,
  • За собою удержать его.
  • Вот уже народ бессмысленный,
  • Ходя в праздники по улицам,
  • Меж собой не раз говаривал:
  • Дай бог помочь королевичу.
  • Ведь Бова уже не маленький,
  • Не в отца своей головушкой,
  • Нужды нет, что за решеткою,
  • Он опасен моим замыслам.
  • Что мне делать с ним? скажите мне,
  • Не оставить ли в тюрьме его?»

  • Всё собранье призадумалось,
  • Все в молчанье потупили взор.
  • То-то, право, золотой совет!
  • Не болтали здесь, а думали:
  • Арзамор, муж старый, опытный,
  • Рот открыл было (советовать,
  • Знать, хотелось поседелому),
  • Громко крякнул, но одумался
  • И в молчанье закусил язык.
  • Ко лбу перст приставя тщательно,
  • Лекарь славный, Эскулапа внук,
  • Эзельдорф, обритый шваб, зевал,
  • Табакеркою поскрыпывал,
  • Но молчал, — своей премудрости
  • Он пред всеми не показывал.
  • Вихромах, Полкан с Дубынею,
  • Стража трона, славны рыцари,
  • Все сидели, будто вкопаны.
  • Громобурь, известный силою,
  • Но умом непроницательный,
  • Думал, думал и нечаянно
  • Задремал… и захрапел в углу.
  • Что примера лучше действуе т?
  • Что людьми сильней ворочает?
  • Вот зевнули под перчаткою
  • Храбрый Мировзор с Ивашкою,
  • И Полкан, и Арзамор седой…
  • И ко груди преклонилися
  • Тихо головами буйными…
  • Глядь, с Дадоном задремал совет…
  • Захрапели многомыслящи!

  • Долго спать было советникам,
  • Если б немцу не пришлось из рук
  • Табакерку на пол выронить.
  • Табакерка покатилася
  • И о шпору вдруг ударилась
  • Громобуря, крепко спавшего,
  • Загремела, раздвоилася,
  • Отлетела в разны стороны…
  • Храбрый воин пробуждается,
  • Озирает все собрание…
  • Между тем табак рассыпался,
  • К носу рыцаря подъемлется,
  • И чихнул герой с досадою,
  • Так что своды потрясаются,
  • Окны все дрожат и сыплются,
  • И на петлях двери хлопают…
  • Пробуждается собрание!

  • «Что тут думать, — закричал герой, —
  • Царь! Бова тебе не надобен,
  • Ну, и к черту королевича!
  • Решено: ему в живых не быть.
  • После, братцы, вы рассудите,
  • Как с ним надобно разделаться».
  • Тем и кончил: храбры воины
  • Речи любят лаконически.
  • «Ладно! мы тебя послушаем, —
  • Царь промолвил, потянувшися, —
  • Завтра, други, мы увидимся,
  • А теперь ступайте все домой».

  • Оплошал Дадон отсрочкою.
  • Не твердил он верно в азбуке:
  • Не откладывай до завтрого,
  • Что сегодня можешь выполнить.
  • Разошлися все придворные.
  • Ночь меж тем уже сгущалася,
  • Царь Дадон в постелю царскую
  • Вместе с милой лег супругою,
  • С несравненной Милитрисою,
  • Но спиной оборотился к ней:
  • В эту ночь его величеству
  • Не играть, а спать хотелося.

  • Милитрисина служаночка,
  • Зоя, молодая девица,
  • Ангел станом, взором, личиком,
  • Белой ручкой, нежной ножкою,
  • С госпожи сняв платье шелково,
  • Юбку, чепчик, ленты, кружева,
  • Все под ключ в комоде спрятала
  • И пошла тихонько в девичью.
  • Там она сама разделася,
  • Подняла с трудом окошечко
  • И легла в постель пуховую,
  • Ожидая друга милого,
  • Светозара, пажа царского:
  • К темной ночке обещался он
  • Из окна прыгнуть к ней в комнату.
  • Ждет, пождет девица красная;
  • Нет, как нет всё друга милого.
  • Чу! бьет полночь — что же. Зоинька?
  • Видит — входят к ней в окошечко…
  • Кто же? друг ли сердца нежного?
  • Нет! совсем не то, читатели!
  • Видит тень иль призрак старого
  • Венценосца, с длинной шапкою,
  • В балахоне вместо мантии,
  • Опоясанный мочалкою,
  • Вид невинный, взор навыкате,
  • Рот разинул, зубы скалятся,
  • Уши длинные, ослиные
  • Над плечами громко хлопают;
  • Зоя видит и со трепетом
  • Узнает она, читатели,
  • Бендокира Слабоумного.

  • Трепетна, смятенья полная,
  • Стала на колени Зоинька,
  • Съединила ручку с ручкою,
  • Потупила очи ясные,
  • Прочитала скорым шепотом
  • То, что ввек не мог я выучить:
  • Отче наш и Богородице,
  • И тихохонько промолвила:
  • «Что я вижу? Боже! Господи…
  • О Никола! Савва мученик!
  • Осените беззащитную.
  • Ты ли это, царь наш батюшка?
  • Отчего, скажи, оставил ты
  • Ныне царствие небесное?»

  • Глупым смехом осветившися,
  • Тень рекла прекрасной Зоиньке:
  • «Зоя, Зоя, не страшись, мой свет,
  • Не пугать тебя мне хочется,
  • Не на то сюда явился я
  • С того света привидением. —
  • Весело пугать живых людей,
  • Но могу ли веселиться я,
  • Если сына Бендокирова,
  • Милого Бову царевича,
  • На костре изжарят завтра же?»

  • Бедный царь заплакал жалобно.
  • Больно стало доброй девушке.
  • «Чем могу, скажи, помочь тебе,
  • Я во всем тебе покорствую».
  • «Вот что хочется мне, Зоинька!
  • Из темницы сына выручи,
  • И сама в жилище мрачное
  • Сядь на место королевича,
  • Пострадай ты за невинного.
  • Поклонюсь тебе низехонько
  • И скажу: спасибо, Зоинька!»

  • Зоинька тут призадумалась:
  • За спасибо в темну яму сесть!
  • Это жестко ей казалося.
  • Но, имея чувства нежные,
  • Зоя втайне согласилася
  • На такое предложение.

  • Так, ты прав, оракул Франции,
  • Говоря, что жены, слабые
  • Против стрел Эрота юного,
  • Все имеют душу добрую,
  • Сердце нежно непритворное.
  • «Но скажи, о царь возлюбленный! —
  • Зоя молвила покойнику: —
  • Как могу (ну, посуди ты сам)
  • Пронестись в темницу мрачную,
  • Где горюет твой любезный сын?
  • Пятьдесят отборных воинов
  • Днем и ночью стерегут его.
  • Мне ли, слабой робкой женщине,
  • Обмануть их очи зоркие?»
  • «Будь покойна, случай найдется,
  • Поклянись лишь только, милая,
  • Не отвергнуть сего случая,
  • Если сам тебе представится».
  • «Я клянусь!» — сказала девица.
  • Вмиг исчезло привидение,
  • Из окошка быстро вылетев.
  • Воздыхая тихо, Зоинька
  • Опустила тут окошечко
  • И, в постеле успокоившись,
  • Скоро, скоро сном забылася.

 

1814

 

Примечания

Первое обращение Пушкина к сюжету популярнейшей в то время сказки о Бове-королевиче. Нисколько не заботясь о народности в содержании, языке, Пушкин, как было принято тогда, разрабатывал этот сюжет в веселом, легком, слегка эротическом духе, подражая Радищеву в его поэме «Бова». Необычный в тогдашней поэзии стихотворный размер (не рифмованный четырехстопный хорей с дактилическим окончанием), приближающийся к размеру некоторых русских народных песен, Пушкин заимствовал у Карамзина (начало поэмы «Илья Муромец»). Характерно для юноши Пушкина в этой поэме крайне непочтительное отношение к царям и их приближенным. Пушкин не стал продолжать Бову, по-видимому, узнав, что поэт Батюшков собирается писать поэму на тот же сюжет.[?]

Исповедь

  • Вечерня отошла давно,
  • Но в кельях тихо и темно.
  • Уже и сам игумен строгий
  • Свои молитвы прекратил
  • И кости ветхие склонил,
  • Перекрестясь, на одр убогий.
  • Кругом и сон и тишина,
  • Но церкви дверь отворена;
  • Трепещет луч лампады,
  • И тускло озаряет он
  • И темну живопись икон,
  • И позлащенные оклады.

  • И раздается в тишине
  • То тяжкий вздох, то шепот важный,
  • И мрачно дремлет в вышине
  • Старинный свод, глухой и влажный.

  • Стоят за клиросом чернец
  • И грешник — неподвижны оба —
  • И шепот их, как глас из гроба,
  • И грешник бледен, как мертвец.

М о н а х

  • Несчастный — полно, перестань,
  • Ужасна исповедь злодея!

  • Заплачена тобою дань
  • Тому, кто, в злобе пламенея,
  • Лукаво грешника блюдет
  • И к вечной гибели ведет.
  • Смирись! опомнись! время, время,
  • Раскаянья покров
  • Я разрешу тебя — грехов
  • Сложи мучительное бремя.

 

1823

 

Примечания

По-видимому, начало поэмы. Ситуация (грешник исповедуется ночью монаху) напоминает «Гяура» Байрона (позже не раз была использована Лермонтовым). Содержание этой исповеди и было, очевидно, темой поэмы.

Поэма о гетеристах (Иордаки)

План

Два арнаута хотят убить Александра Ипсиланти. Иордаки убивает их — поутру Иордаки объявляет арнаутам его бегство — Он принимает начальство и идет в горы — преследуемый турками — Секу.

 

Набросок начала поэмы

  • Поля и горы ночь объемлет
  • В лесу в толпе своих
  • Под темной сению небес
  • Ипсиланти дремлет

 

1821—1822

 

Примечания

В поэме, судя по плану, Пушкин хотел воспроизвести некоторые драматические эпизоды греческого восстания против турок. Действие поэмы начинается в ночь бегства Александра Ипсиланти, вождя восстания, изменившего своим соратникам и убежавшего в Австрию. Горой поэмы — Иордаки (настоящее имя его было — Георгаки) спасает Ипсиланти от убийц, и после его бегства греки, под его начальством, отступают в горы. Осажденный турками в монастыре Секу, Иордаки героически гибнет, взорвав монастырь вместе со своим отрядом и осаждавшими его турками.

Актеон

План

Морфей влюблен в Диану — Его двор — он усыпляет Эндимиона — Диана (пр.) назначает ему свидание и находит его спящим —

…… Актеон это узнает от Феоны, ищет Диану, не спит — наконец видит Диану в источнике.

 

 

Актеон, un fat, après avoir séduit Théone Naïade, lui demande l'histoire scandaleuse de Diane — Théone médit Morphée etc. etc. Актеон voit Diane, en devient amoureux, la trouve au bain, meurt dans la grote de Théone —[?]

 

 

Набросок начала поэмы

  • В лесах Гаргафии счастливой
  • За ланью быстрой и пугливой
  • Стремился долго Актеон.
  • Уже на тихий небосклон
  • Восходит бледная Диана,
  • И в сумраке пускает он
  • Последнюю стрелу колчана.

 

1822

 

Примечания

Судя по плану, — замысел шутливой поэмы, в сюжете которой объединялись в свободной обработке несколько разных античных мифов. Герой поэмы Актеон намечался в плане как уверенный в успехе соблазнитель, наказанный за свои любовные похождения.

Вадим

  • Свод неба мраком обложился;
  • В волнах варяжских лунный луч,
  • Сверкая меж вечерних туч,
  • Столпом неровным отразился.
  • Качаясь, лебедь на волне
  • Заснул, и все кругом почило;
  • Но вот по темной глубине
  • Стремится белое ветрило,
  • И блещет пена при луне;
  • Летит испуганная птица,
  • Услыша близкий шум весла.
  • Чей это парус? Чья десница
  • Его во мраке напрягла?

  • Их двое. На весло нагбенный,
  • Один, смиренный житель волн,
  • Гребет и к югу правит челн;
  • Другой, как волхвом пораженный,
  • Стоит недвижим; на брега
  • Глаза вперив, не молвит слова,
  • И через челн его нога
  • Перешагнуть уже готова.
  • Плывут…
  • «Причаливай, старик!
  • К утесу правь», — и в волны вмиг
  • Прыгнул пловец нетерпеливый
  • И берегов уже достиг.
  • Меж тем, рукой неторопливой
  • Другой ветрило опустив,
  • Свой челн к утесу пригоняет,
  • К подошвам двух союзных ив
  • Узлом надежным укрепляет
  • И входит медленной стопой
  • На берег дикий и крутой.
  • Кремень звучит, и пламя вскоре
  • Далеко осветило море.
  • Суровый край! Громады скал
  • На берегу стоят угрюмом;
  • Об них мятежный бьется вал
  • И пена плещет; сосны с шумом
  • Качают старые главы
  • Над зыбкой пеленой пучины;
  • Кругом ни цвета, ни травы,
  • Песок да мох; скалы, стремнины,
  • Везде хранят клеймо громов
  • И след потоков истощенных,
  • И тлеют кости — пир волков
  • В расселинах окровавленных.
  • К огню заботливый старик
  • Простер немеющие руки.
  • Приметы долголетней муки,
  • Согбенны кости, тощий лик,
  • На коем время углубляло
  • Свои последние следы,
  • Одежда, обувь — все являло
  • В нем дикость, нужду и труды.
  • Но кто же тот? Блистает младость
  • В его лице; как вешний цвет
  • Прекрасен он; но, мнится, радость
  • Его не знала с детских лет;
  • В глазах потупленных кручина;
  • На нем одежда славянина
  • И на бедре славянский меч.
  • Славян вот очи голубые,
  • Вот их и волосы златые,
  • Волнами падшие до плеч…
  • Косматым рубищем одетый,
  • Огнем живительным согретый,
  • Старик забылся крепким сном.
  • Но юноша, на перси руки
  • Задумчиво сложив крестом,
  • Сидит с нахмуренным челом.

  • Уста невнятны шепчут звуки.
  • Предмет великий, роковой
  • Немые чувства в нем объемлет,
  • Он в мыслях видит край иной,
  • Он тайному призыву внемлет…

  • Проходит ночь, огонь погас,
  • Остыл и пепел; вод пучина
  • Белеет; близок утра час;
  • Нисходит сон на славянина.

  • Видал он дальные страны,
  • По суше, по морю носился,
  • Во дни былые, дни войны
  • На западе, на юге бился,
  • Деля добычу и труды
  • С суровым племенем Одена,
  • И перед ним врагов ряды
  • Бежали, как морская пена
  • В час бури к черным берегам.
  • Внимал он радостным хвалам
  • И арфам скальдов исступленных,
  • В жилище сильных пировал
  • И очи дев иноплеменных
  • Красою чуждой привлекал.
  • Но сладкий сон не переносит
  • Теперь героя в край чужой,
  • В поля, где мчится бурный бой,
  • Где меч главы героев косит;
  • Не видит он знакомых скал
  • Кириаландии печальной,
  • Ни Альбиона, где искал
  • Кровавых сеч и славы дальней;
  • Ему не снится шум валов;
  • Он позабыл морские битвы,
  • И пламя яркое костров,
  • И трубный звук, и лай ловитвы;
  • Другие грезы и мечты
  • Волнуют сердце славянина:
  • Пред ним славянская дружина,
  • Он узнает ее щиты,
  • Он снова простирает руки
  • Товарищам минувших лет,
  • Забытым в долги дни разлуки,
  • Которых уж и в мире нет.
  • Он видит Новгород великий,
  • Знакомый терем с давних пор;
  • Но тын оброс крапивой дикой,
  • Обвиты окна повиликой,
  • В траве заглох широкий двор.
  • Он быстро храмин опустелых
  • Проходит молчаливый ряд,
  • Все мертво… нет гостей веселых,
  • Застольны чаши не гремят.
  • И вот высокая светлица…
  • В нем сердце бьется: «Здесь иль нет
  • Любовь очей, душа девица,
  • Цветет ли здесь мой милый цвет,
  • Найду ль ее?» — и с этим словом
  • Он входит; что же? страшный вид!
  • В достеле хладной, под покровом
  • Девица мертвая лежит.
  • В нем замер дух и взволновался.
  • Покров приподымает он,
  • Глядит: она! — и слабый стон
  • Сквозь тяжкий сон его раздался…
  • Она… она… ее черты;
  • На персях рану обнажает.
  • «Она погибла, — восклицает, —
  • Кто мог?..» — и слышит голос: «Ты…»

  • Меж тем привычные заботы
  • Средь усладительной дремоты
  • Тревожат душу старика:
  • Во сне он парус развивает,
  • Плывет по воле ветерка.
  • Его тихонько увлекает
  • К заливу светлая река,
  • И рыба вольная впадает
  • В тяжелый невод старика;
  • Все тихо: море почивает,
  • Но туча виснет; дальный гром
  • Над звучной бездною грохочет,
  • И вот пучина под челном
  • Кипит, подъемлется, клокочет;
  • Напрасно к верным берегам
  • Несчастный возвратиться хочет,
  • Челнок трещит и — пополам!
  • Рыбак идет на дно морское.
  • И, пробудясь, трепещет он,
  • Глядит окрест: брега в покое,
  • На полусветлый небосклон
  • Восходит утро золотое;
  • С дерев, с утесистых вершин,
  • Навстречу радостной денницы,
  • Щебеча, полетели птицы,
  • И рассвело — но славянин
  • Еще на мшистом камне дремлет,
  • Пылает гневом гордый лик,
  • И сонный движется язык.
  • Со стоном камень он объемлет…
  • Тихонько юношу старик
  • Ногой толкает осторожной —
  • И улетает призрак ложный
  • С его главы, он восстает
  • И, видя солнечный восход,
  • Прощаясь, старику седому
  • Со златом руку подает.
  • «Чу, — молвил, — к берегу родному
  • Попутный ветр тебя зовет,
  • Спеши — теперь тиха пучина,
  • Ступай, а я — мне путь иной».
  • Старик с веселою душой
  • Благословляет славянина:
  • «Да сохранят тебя Перун,
  • Родитель бури, царь полнощный,
  • И Световид, и Ладо мощный;
  • Будь здрав до гроба, долго юн,
  • Да встретит юная супруга
  • Тебя в веселье и слезах,
  • Да выпьешь мед из чаши друга,
  • А недруга низринешь в прах».
  • Потом со скал он к челну сходит
  • И влажный узел развязал.
  • Надулся парус, побежал.
  • Но старец долго глаз не сводит
  • С крутых прибрежистых вершин,
  • Венчанных темными лесами,
  • Куда уж быстрыми шагами
  • Сокрылся юный славянин.

 

1822


Еще несколько книг в жанре «Поэзия»

Поклонение кресту, Педро Кальдерон Читать →

Врач своей чести, Педро Кальдерон Читать →